Книга Рыжая для дракона и её маленький Цветик, страница 86 – Татьяна Репникова

Радужная лишь склонила голову к полу, показывая, что согласна и ждёт наказание. Я напряглась и хотела уже перехватить контроль, и услышала рык у себя в голове.

«Не смей. Если он заберёт только меня, у тебя появится шанс на жизнь. Ты будешь жить, понимаешь?»

«Да кто он такой? Почему решает твою судьбу?! Я не хочу тебя терять, понимаешь?! А как же "вместе навсегда"? Мы единое целое! Нельзя просто так взять и забрать тебя у меня! Я не позволю... Отпусти контроль!» – кричу своей драконице, а душа разрывается от несправедливости.

Почему она решает за меня? Мы так не договаривались...

Злость и негодование бурлит внутри, требуя выхода, но драконица не отступает, лишь сильнее склоняется и почти легла, ожидая своего часа.

Секунды тянутся словно часы...

Вокруг такая тишина, что я просто забываю о происходящем ужасе, что творится буквально несколько минут назад.

– Отец! Не делай этого! Прошу. Накажите меня, но не её. Это я сказала, как можно спасти всех. Если кто и виноват, то только я.

Приоткрываю глаза и вижу ту самую богиню, что помогала мне. Вот и сейчас она опять помогает, только одета уже как и остальные, но её помощь может навредить уже ей.

Пока драконица слегка ослабила связь со мной и расслабилась, я перехватываю контроль над телом и превращаюсь в человека.

Радужная негодует и рвётсянаружу, ругаясь и крича, какая я дура, но уже поздно.

Меня придавливает к полу невероятной силой и мощью. Ноги подкашиваются, и я падаю на колени. Опираясь двумя руками о пол, делаю пару вдохов и выдохов, хватаюсь за тот самый стол, что служит щитом для подруги, и медленно встаю.

Кажется, что меня просто сейчас расплющит под тяжестью силы, но устаиваю.

Замечаю ошалевшее лицо подруги и выдавливаю улыбку. Пусть немного расслабится.

Посылаю лёгкий толчок магии и накрываю щитом, куда не проникает ветер и пропадает слышимость. Для её же блага. Плюс, там нет такого давления от этого мужчины.

Да, определённо мужчина. Не мужик, не дед, а мужчина лет сорока. Но я понимаю, что внешность обманчива, а вот насколько он стар, это может знать только его дети, что стоят в сторонке и молча наблюдают за происходящим.

– Как ты посмела встать? Кто тебе разрешил? Жить надоело?

Эхо разносится по залу, и меня буквально трясёт от этого голоса. Кажется, ещё чу-чуть и у меня лопнут перепонки.

– Можно потише? Голова раскалывается. – Трогаю затылок и чувствую боль. Отодвигаю руку и вижу кровь на кончиках пальцев. Помирать, так с наглой рожей.

– А вы, я так понимаю, спустились нам помочь, по доброте душевной, никак иначе.

– Отец. Она бредит. Не слушай её.

Девушка трогает его за плечо, но он отдергивает руку, и она отлетает от него, перевернувшись в воздухе и приземляясь на ноги, проезжает метра три и врезается в стену, оставляя глубокие вмятины.

– Я с тобой позже поговорю. А теперь ты. Как ты посмела прервать меня, когда я разговаривал с ящерей?! То, что у ней есть крылья, ничего ещё не значит. Если она такая слабая, ей не место тут.

– Она не слабая, в отличии от вас! Напугались тех, кого создали? Так какой же вы тогда бог, а? Бросили своих детей на растерзание какой-то нечести, а теперь явились на единственный зов, спустя миллионы, а может быть и миллиарды лет, и вместо того, чтобы помочь, стоите и ругаете, что мы неправильно живём эту жизнь? Так может быть, научите? Как жить правильно, если у нас нет примера достойного перед глазами? Убьёте меня? Да пожалуйста. С такой дыркой в голове трудно жить, а если ещё и мою драконицу заберёте, то можете сразу и меня развеять. Ну! Чего же вы ждёте? Давайте!