Книга Отбор для лорда, или Медовница не желает замуж, страница 8 – Арина Лефлер

Когда я открыла глаза, то не сразу поняла, что со мной происходит. Я будто парила в воздухе.

Нет, не так. Я плыла, лежа на воздушной подушке.

Смущал только странный звук под моим телом. Жужжание насекомых, словно я на лугу, где летают пчелы и шмели в большом количестве.

'О Улий! Куда я попала! И что со мной будет? Так, главное, не показывать свой страх! — запаниковала я. —

Смелому — медовые пышки, а трусу — еловые шишки. — вспомнилась любимая отцовская поговорка. —

О Улий, о чем я думаю? А вдруг это какой-нибудь людоед? Но, — остановила я свою буйную фантазию, — у людоеда довольно приятный голос'.

Сквозь гул слышалась уверенная поступь.

Покрутив головой по сторонам, я увидела лишь спину, шагавшего чуть впереди. Широкую, крепкую, мужскую спину под тонкой батистовой рубашкой. Уж качество ткани я определяла сразу, на глазок. Швея я или не швея?

— Ну если вы меня не освободите от магии, то, возможно, и окосею, и мой отец вам за это спасибо не скажет, — с вызовом произнесла я, радуясь, что язык способен шевелиться.

— Сомневаюсь, что твой отец знает, где ты сейчас находишься, и что с тобой происходит, и, вообще, я не уверен, что у тебя есть семья, — ответил незнакомец, волнуя меня бархатными нотками в голосе.

— С чего такие мысли? Есть у меня семья, и отец есть, а еще братья, гвардейцы, между прочим, — не моргнув глазом, соврала я.

— Даже гвардейцы? Ничего себе! Из какого семейства твои братья, не подскажешь? Удалец?

«Упс, кажется, меня принялине за ту или, правильнее сказать, не за того?»

Разубеждать незнакомца, что я не удалец, а, скорее, удалица, не стала. Это станет и так понятно, как только я сниму шляпу. Надеюсь, что до этого, конечно, не дойдет. Но кто знает. В моих интересах хоть немного потянуть время.

Я снова попыталась пошевелить руками. Получилось. Рискнула поколыхать в воздухе ногами. Лучше бы я этого не делала.

Я нечаянно застонала и закрыла глаза, стиснув зубы. От боли выступила испарина.

— Где болит? — раздалось над самым лицом. Скривившись, я открыла глаза и пропала. В самом деле пропала. Утонула в глазах цвета лесного ореха. Мужчина усмехнулся, заметив мой взгляд. На его волевом лице пробежала понимающая улыбка.

Кажется, я разучилась дышать, разглядывая незнакомца. Густая шевелюра каштановых волос спадала на лицо и плечи. Внимательный взгляд темных, с миндалевидным разрезом глаз на мужественном лице, поглотил меня целиком и полностью. Аристократический тонкий нос раздувался в глубоком дыхании, мелькнул язык между обветренными губами. Смятение сменилось смущением.

«Опасность, соберись, пышка тебя дери, опасность», — кричал мой мозг. К смущению присоединилась растерянность. К тому же вокруг разливался такой хмельной аромат, словно мы находились на лугу во время буйного цветения трав. Возможно, поэтому у меня закружилась голова?

Он молча разглядывал меня, странно потягивая носом и хмурясь. Только небритый кадык ходил ходуном, и смешно шевелились уши.

— Где болит, удалец? — проговорил наконец он голосом, словно в жаркий день напился ледяной воды. Отвел взгляд от моего лица, начал щупать мои руки, прошелся по ногам.

— Нога, — хрипло прошептала я, — правая, — добавила, боясь пошевелить пальцами.

— Веселенькое дело, — откинул он прядь каштановых волос с лица. — А почему ты в женских туфлях? — снова посмотрел он на меня, покрутив в руках балетку, и подозрительно долго задержался взглядом на моей груди, взглянул на стройные бедра. Недоверчиво хмыкнул.