Книга Отбор для лорда, или Медовница не желает замуж, страница 26 – Арина Лефлер

— Шастают тут всякие, а потом креветки пропадают…

— Шастают тут всякие, а я порядок после них наводи…

— Шастают тут всякие…

Я, конечно, не молчала в ответ. Но потом мне надоело и я просто напевала песню, не обращая внимания на Фруста. Вскоре он угомонился и молча провожал меня взглядом, когда я доставала нужные продукты.

Мысли о Джере и его словах не давали мне покоя. Он что, волновался о моей персоне? Да неужели? Кто я такая, чтобы обо мне думать и переживать? Но все равно в груди от осознания, что он обо мне беспокоится становилось тепло.

Если так пойдет и дальше, то я отправлюсь в столицу, надеюсь, с рекомендательными письмами Джера. Кстати, как бы узнать, из какого семейства он происходит? Скорее всего из высшей знати. Может, даже с лордом общается.

— Арелла, мы скоро будем есть? Я голоден как сто Филантов. — Джер стоял в дверях, улыбался, нетерпеливо поглядывая на стол.

Мое сердце трепетно сжалось, глядя на него.

Как я смогу жить без этого умопомрачительного мужчины?

— Еще десять минут, и мы будем ужинать, — кивнула я Джеру и улыбнулась. — Осталось порезать овощи и достать напитки. Что будем пить сегодня, компот или сок?

— Или сок, — плутовато ухмыльнулся Джер, подмигнул и пропал из вида.

Это он на что намекает? На веселящие напитки? Удивил.

Мой отец по особым случаям разрешал мне пригублять вишневую наливку, приготовленную Мартой по особому рецепту. Впрочем, я тоже умела такую готовить. А что там сложного? Берешь немытую вишню и насыпаешь в бутыль с узким горлышком. Таких посудин мы штук двадцать приобрели на ярмарке.

Вишневый сад за домом каждый год давал хороший урожай, так что вишня всегда была, даже в неурожайный год.

Потом сверху засыпаешь сахаром и можно для особого вкуса добавитьпару ложек меда. И ставь на солнышко, все остальное оно сделает.

От такой наливки мне становилось весело, я безудержно смеялась и шутила.

Отец почему-то хмурил брови и просил меня отправиться отдыхать в свою комнату.

А я что? Шла, падала на кровать и, как подшучивали братья, храпела на весь дом, словно старая пьянчужка.

— Дже-ер! — позвала я, когда на столе стояла еда. Я расстаралась. Не обращая внимания на ворчание Фруста, украсила стол маленьким букетом из мелких розочек с заячьей травой. Пролезла по всем шкафам, нашла красивую посуду.

Странно, но она имелась в доме холостого мужчины. Сервировала стол на двоих. Только свечек не хватало. Но это уже слишком даже для меня. Я же ужин готовила не для влюбленных, в самом-то деле. А просто прощальный.

— Да, дорогая? — Джер стоял в дверях с бутылкой вина и сверкающими глазами. Что он задумал? Снова будет меня соблазнять? Нет, не так. Сначала спаивать, потом соблазнять. Ну уж фигушки, не выйдет! Предупрежден, значит, вооружен.

Я заметила, что он переоделся.

Ах ты ж павлин Тертонский, вырядился в стильную одежду! Однотонная шелковая рубашка с блестящими запонками переливалась синими оттенками от нежно голубого до темного ультрамарина. Это был последний писк столичной моды. Уж я-то знала. Легкие черные брюки подчеркивали его крепкие стройные ноги. Волосы расчесаны и стянуты темной лентой в хвост. Когда успел⁈

Я взглянула на себя, тяжко вздохнула. Простое домашнее платье из тех, что я обнаруживала на своей постели каждое утро. Джер перехватил мой взгляд.