Книга Дом дракона и ведьмы, или Случайная осень, страница 15 – Мила Лимонова

«Спасибо, домик, родной, — подумала она, жалея, что домик ее не слышит, и радуясь теплу. — Надо будет попросить у мага какую-нибудь теплую шаль или плащ. И башмаки. Ведь сколько еще придется жить здесь… И кто же связан с белым цветком?»

Снова поневоле вспомнилось, как местные говорили о колдуне и его подручных. Ворон уже нашелся, а вот существуют ли мышь и волк?

Ну, мышек тут она, положим, видела и вполне находила обгрызенные ими вещи, но ведь разумное животное должно же было проявить себя, как ворон… А между тем ничего подобного не произошло.

Маг извинился перед Майлой и попросил прилечь. Поскольку хорошая кровать в доме была только одна, то маг занял ее. Майлу, конечно, беспокоил вопрос, где же этот изнеженный аристократ будет спать ночью, не с ней же вместе? Но девушка решила, что она и на обычной поспит, она-то ведь обходилась столько лет без роскоши.

Майла побродила по преобразившейся столовой и зашла в шикарную ванную. Немного освоившись, набрала себе горячую ванну, с удовольствием прогрелась в ней, даже расслабилась и впервые за много лет неожиданно замурлыкала себе под нос простенькую песенку.

Ой!

Это все Мидлор — надо же было такое придумать. Ей — и петь! Да тут не только чьи-то уши, но и цветы от ее пения завянут.

Хорошее настроение испарилось, Майла встала и потянулась за полотенцем.

Но тут внезапно дверь открылась, и на пороге застыл зевающий маг. Увидев Майлу в чем мать родила, он вздрогнул, сонливость немедленно слетела с его лица, уступив восхищенному блеску в глазах и по-дурацки разинутому рту, как это бывает у мужчин. Когда деревенские парни подглядывали из кустов за купающимися девушками, они тоже примерно так выглядели.

Майла завизжала и швырнула в мага полотенцем. Тот мгновенно выскочил за дверь, унося на себе зацепившееся полотенце.

— Прошу прощения!

— Полотенце верни, дурак! — крикнула она, от нелепости ситуации забыв об обращении.

— Минутку…

Дверь не открылась, но полотенце материализовалось прямо в ванной. Майла схватила его и от души расхохоталась.

Вытеревшись досуха и одевшись, она вышла из ванной. Немного неприятно было надевать несвежее платье, но другого нет, а если постирать — то в чем разгуливать перед магом, в одеяле? Вот уедет — и постирушку можно будет устроить. А уж когда вернется с книгами, глядишь, и научится Майла настоящему ведьмовству, и можно будет использовать бытовые чары на всю катушку.

Маг при виде Майлы рассыпался в извинениях, но Майла уже простила его: в конце концов, приставать не стал, полотенце вернул без слов и даже не стал обвинять ее, что это она не заперлась на задвижку.

Стол был накрыт, и они пообедали, причем маг сновапитался так жадно, как будто все семь лет ничего не ел.

Может, конечно, так оно и было. Это настоящий ворон найдет себе пропитание, а человек, превращенный в птицу, уже не так ловок и опытен.

— Я еще немного посплю на вашей кровати, — извиняющимся тоном произнес Мидлор. — А вечером отправлюсь в путь. Решил не тянуть. Меня не будет дня три-четыре, зато, когда я вернусь, у нас будет всякая снедь, одежда, книги… В общем, все, чтобы вернуть этой избушке приличный вид. Вам же я крайне рекомендую петь. Не стесняйтесь, вас же никто не услышит. И разговаривайте с домиком, обязательно.