Книга Секрет княжны Романовской, страница 87 – Глория Эймс

Сестры помогли мне одеться, общими усилиями затянув корсет так, что талия стала и впрямь осиной. Отражение в зеркале показало уверенную юную девушку, которая не боится ничего. Мне и вправду после всех событий стало как-то спокойно.

Подобрав юбки, под шелест шелка я спустилась вниз и вышла на террасу.

Николай действительно ждал меня. Он обернулся, всем видом показывая, что необыкновенно рад моему спасению. Стремительно подошел, взял мою руку в ладони и поцеловал:

— Безмерно счастлив видеть вас в добром здравии! Как вы себя чувствуете?

— Благодарю, намного лучше, чем когда меня пытались превратить в оружие, — неловко пошутила я.

Николай… Отличный парень и мой лучший друг. Что же, он заслужил своим ожиданиемпрогулку в моем обществе.

Обменявшись еще парой шуток, я взяла жениха под руку, и мы направились по шуршащему гравию дорожки вдоль луга, простиравшегося перед дворцом. Сам собой разговор принял привычное для нас течение. Мы обсуждали звезды, химические реакции и даже загадки человеческого разума, а нежный вечерний свет придавал рассуждениям особую глубину.

Но через пару десятков шагов наше уединение было нарушено.

Тетушка Виринея шла навстречу, держа в руках газету, а ее лицо отражало смесь любопытства и таинственной серьезности.

— Слухи ходят, что в Петербурге открылась новая лаборатория, где ученые раскрыли тайны вечной жизни! — с трепетом произнесла тетушка. — Непременно нужно обсудить это с генералом Штерном!

— Тогда вам следует поторопиться, — улыбнулся Николай. — Генерал отбывает на Урал.

Разговор о науке мгновенно угас, словно струна, обрезанная резким движением.

— Как отбывает? — спросила я, чувствуя, как внутри все оборвалось.

Его не было ни во дворце подле государя, ни в гостевом корпусе, ни в оранжерее. Я просто не могла его найти, и с каждым новым местом надежда на встречу становилась слабее. Неужели Штерн решил уехать, не попрощавшись?

Когда я поспешно побежала искать его, Николай ничего не спросил. Просто улыбнулся и занял тетушку Виринею научной беседой. На мгновение мне показалось, что он все видит и понимает. Но даже этот факт не вызвал во мне никаких чувств — ни смущения, ни тревоги. Все заполонило отчаянное желание переговорить с Илларионом до того, как он уедет.

Я металась по усадьбе, не понимая, куда бежать дальше.

Но вскоре необъяснимое чутье повело меня за левое крыло дворца, к погружающимся в вечерний сумрак перголам. И я не ошиблась — Илларион был там.

Вечерний воздух, как это бывает в конце лета, был сладким и плотным. И в этой сумрачной неге высокая фигура Иллариона казалась призрачной. Еще шаг — и он растворится в полумраке очередной арки, под которой медленно проходил.

— Генерал Штерн, — окликнула я его и запнулась. Потому что поняла, что не знаю слов, которые сейчас могли бы остановить его.

— Александра Максимилиановна, — он остановился и коротко кивнул. — Как ваше здоровье?

— Благодарю, прекрасно, — солгала я, хотя голова снова кружилась. Но, возможно, было это оттого, что я волновалась и бегала по усадьбе в тесном корсете. А затем шагнула ближе и выпалила: — Это правда? Вы уезжаете?

— Теперь государю уже никто не угрожает, я выполнил свой долг. И решил просить его светлость перевести меня служить на Урал.