Книга Кричи, моя Шион, страница 32 – Екатерина Юдина

Опять повисла тишина. Я, мысленно срываясь, вновь хотела начать просить прощения. Хоть как-нибудь, но отчаянно донести, что я не хотела того, что произошло.

Но… разве это имело значение? Не для Морана. Сейчас среди общества слишком размыто понятие ценности жизни. Те, кто живут в центральных кругах, таких, как я, даже за живых существ не считают. А его семья особенно кровавая. Пропитанная криминалом. Он же там безжалостное и бездушное чудовище. Под стать своему отцу. Я даже боялась представить сколько у Морана крови на руках.

— Могу я кое о чем попросить? – я опустила руки. И физически и морально. На душе стало так пусто, больно, тревожно. – Прежде чем… чем начать меня уничтожать, можешь пожалуйста, отвести меня в уборную?

Я смотрела на Морана. Он вообще никак не отреагировал на мою просьбу.

— Я понимаю, что у тебя нет намерения… как-либо упрощать мне жизнь, но… прошу. Мне очень нужно. И… навряд ли ты захочешь, чтобы я тут…

Опять повисла тишина. Долгая. Тяжелая. И, когда я уже подумала, что Моран не позволит мне даже такой мелочи, он еле заметно повернул голову в сторону двери. Это был знак, что я могу идти туда?

Будучи не до конца уверенной, я все-таки очень осторожно пошла к лестнице и, когда я была уже практически рядом с ней, альфа поднялся с дивана и пошел за мной. Мы в полнойтишине поднялись на первый этаж. Выйдя в коридор, я еле сдержалась, чтобы не бросить взгляд в ту сторону, где, предположительно, находился выход. Еще не хватало, чтобы Моран вернул меня в подвал, так и не позволив посетить уборную. В том, что я смогу убежать, находясь всего лишь в метре от него, я почему-то не верила.

Мы пошли по коридору. Моран немного впереди, но, когда я попыталась замедлить шаг, чтобы увеличить между нами расстояние, он остановился и перевел на меня взгляд. Это было предупреждением – не злить его. Он и так на грани.

Медленно выдохнув, я пошла дальше. Уже не пытаясь ничего предпринимать. Просто следуя за альфой. Но чувствуя себя так, словно он в руке держал цепь, которая тянулась к ошейнику на моей шее.

— Помнишь, я рассказывала тебе про бездомного альфу, живущего под мостом рядом с моей бывшей школой? – тихо спросила. Мы шли по коридору, куда-то в противоположную сторону от холла. Тут не было окон. Из-за этого темно. Казалось, что чернота сожрала стены. – Он еще спас меня от стаи мутировавших, бешенных собак.

— Не помню, — бросил Моран коротко. Тяжелым, жесткий голосом. Словно намек на то, чтобы я замолчала.

— Я после этого часто ходила к нему после занятий. Или перед ними. Приносила ему еду. Сидела рядом с костром, который он жег в металлическом баке и слушала истории. Иногда они были безумными. На грани каких-то ненормальных, жутких теорий. Но кое-что было действительно интересно. Хочешь знать что именно? Уверена, ты этого никогда раньше не слышал.

— Заткнись, Привидение.

Я прикусила кончик языка. Но замолчать не могла. Когда я нервничала, мне нужно было что-то говорить. Хотя, наверное, у меня обычно рот никогда не закрывался.

— Он считал, что есть альфы, которые потеряли рассудок. И он не имел ввиду просто сумасшедших. Скорее тех, у кого исчезла человеческая часть сознания. Когда у них в головах начинается этот процесс, они уходят из города, но позже часто возвращаются, чтобы добыть себе еду. Но едят они не то, что мы. Они питаются…