Книга Кричи, моя Шион, страница 282 – Екатерина Юдина

Моран остановился. Почему-то показалось, что его тело сильно напряглось.

— Ты считаешь, что мы вместе только из-за меток? – Конор посмотрел на меня и почему-то мне под его взглядом стало неуютно. Словно я сказалато, чего не следовало.

— Нет, я так не считаю, — я качнула головой. Сделала шаг к нему. Обняла и лицом уткнулась в грудь альфы. – У меня было достаточно времени, чтобы осмыслить все, что я к тебе чувствую. И я… люблю тебя. Дело не в метке. Не в чем-либо еще. Я правда тебя люблю.

Оказывается, сказать «Я люблю тебя» было куда проще, чем я думала. Оно являлось настолько осознанным?

Моран обнял меня. Прижал к себе так, что тело заныло. Кажется, я почувствовала его учащенное сердцебиение.

— Но я хочу знать, как ты относишься к нашей связи, — продолжила я. Эта часть разговора для меня уже была тяжелой. – Ты действительно хочешь быть со мной или делаешь это по той причине, что у тебя нет выбора? Я же сама тебя его лишила, когда появилась в том театре.

— Посмотри на меня, Шион, — Моран вплел пальцы в мои волосы. Заставил поднять голов и посмотреть ему в глаза. – Я первым лишил тебя выбора, когда поставил на твоей шее вечную метку. Я это сделал без разрешения. Я эгоист, который не может даже думать о том, что ты можешь пожелать быть с кем-то другим.

Моран наклонился, так, что наши губы теперь разделяли считанные миллиметры.

— А все потому, что ты мое все. Ты дороже для меня собственной жизни. И это не из-за истинности. Это из-за тебя. Омеги, которая перевернула мой мир с ног на голову, — вторая его ладонь легла на мою талию, одним движением притягивая меня к альфе. Буквально вбивая в его тело. – Никогда не сомневайся в том, что я к тебе чувствую.

Конор накрыл мои губы своими. Буквально набросился с жестоким, жадным, жарким поцелуем. Заставляя задрожать. Почувствовать то, как тело мгновенно начало гореть и весь мой мир сужался до пределов моего альфы.

Именно Моран являлся моей вселенной.

Спустя полгода

— Как все прошло? – из динамика телефона прозвучал голос Джулии.

— Отлично. Намного лучше, чем я ожидала, — открыв шкаф, я сняла с вешалки одно из своих платьев.

— Тебе не стало плохо? Нет никаких плохих последствий? – я почувствовала в ее голосе волнение. Даже тревогу.

— Наоборот. После этого я чувствую себя намного лучше. Наверное, с месяцами скопилась энергия и мне уже следовало ее сбросить.

Вчера я впервые наполнила одну из электростанций. Мой отец впервые сделал это через три года после пробуждения. Я на подобное решилась раньше. Во-первых, потому, что почувствовала, что уже готова. Что мне это требуется. Во-вторых, у меня с государством был точно такой же договор, как и ранее у моего отца.

За подпитку электростанций я получала деньги, а сейчас они требовались.

Мы с Ивоном забрали из детдома нашего брата. Сейчас он половину недели жил у меня с Мораном и половину недели у Ивона. Колин замечательный маленький альфа. Очень умный, любознательный, но изначально с ним было не просто. Колин не мог взять и просто довериться нам. Чуть ли не с рождения жизнь его учила тому, что лучше этого не делать. Доверие это слабость. За нее можно поплатиться.

Но, когда он наконец-то это сделал, понемногу начал рассказывать про детдом. Там происходили по-настоящему жуткие вещи. Такие, от которых я еще долго не могла прийти в себя.