Книга Кричи, моя Шион, страница 204 – Екатерина Юдина

— Ты злишься на меня? – спросила, чувствуя, как глаза начало покалывать. Я действительно находилась в шаге от того, чтобы разреветься. А еще мне было страшно. Ивон для меня дороже, собственной жизни и я настолько сильно боялась потерять его, что сейчас находилась в крошечном шаге от удушающей паники, после которой уже ничего хорошего не будет.

— Злюсь ли я? – Ивон немного опустил веки. В блеклом свете настольной лампы, его глаза казались желтыми. – Еще как, Шион.

— Прости, — я сильно, до острой боли прикусила нижнюю губу и сжала одеяло так, что пальцы начали ныть и неметь.

— Мне не нужны извинения. Я хочу наконец-то услышать правду. Надеюсь, ты хотя бы сейчас сочтешь меня достойной ее.

— Все не так, — я быстро качнула головой. Зря это сделала. От резкого движения рассудок помутнел и на несколько секунд мне показалось, что я сейчас отключусь. — Я не рассказывала не по этой причине. Просто… Я ведь не горжусь тем, что происходило между мной и Мораном и…

— Оно не «происходило». Оно продолжается и происходит прямо сейчас. На тебе его блядская вечная метка.

Я сжалась. Пыталась найти хоть какие-нибудь правильные слова, но голова гудела. Я чувствовала себя словно в тупике и была уверена, что из него не выберусь.

— Вы начали трахаться, когда ты была в его доме?

Сделав несколько рванных вдохов, я еле заметно кивнула. Ранее, я рассказывала Ивону о том, что в тот период, когда я пропала, на самом деле я находилась в особняке Морана, но солгала о том, что Конор использовал меня просто, как прислугу. Теперь же я физически чувствовала, как ложь трещала. Еще немного и обнажится правда. От нее будет больно. Очень.

— Он тебя принуждал или ты по своей воле вот так просто легла под Морана?

— Не то и не другое, — я попыталась сесть, но опять упала на подушку. – Я понимаю, что ты на меня злишься, но все же ты мой брат. Мы выросливместе и ты меня знаешь…

— Как оказалось – нет.

— Я не шлюха и не легла бы так просто под какого-либо альфу. Тем более, у меня был жених. За всю свою жизнь я ни разу даже за руку не держалась с альфой.

Даже несмотря на ситуацию, мне было жутко неловко разговаривать с Ивоном на эту тему. Приходилось пересиливать себя.

— Я не знаю, что между мной и Мораном произошло в его доме. Все было… очень сложно. Но я правда этим не горжусь.

Я пальцами смяла одеяло. Вновь лгала. Многое не договаривала. Например, то, что между мной и Конором был уговор, который и стал началом всего. Но, даже несмотря на то, что Ивон может от меня отвернуться, я не хотела, чтобы он знал, что я ради него пошла на все это. Он будет еще сильнее злиться на Морана. В конце концов, Конор мной просто попользовался. И я не желала знать, что брат может сделать, когда ему об этом станет известно. Я и так слишком сильно переживала за него.

— Что было дальше? – спросил Ивон, не отрывая своего мрачного, нечеловеческого взгляда от моих глаз.

— Я… Ничего. Вернее, толком ничего. Изначально мы предполагали, что просто разойдемся в разные стороны, когда арест Морана будет окончен и…

— Ты настолько долго была у него, потому, что Моран тебя против твоей воли удерживал в своем доме или ты сама не хотела уходить от него?

Я запнулась. Замолчала. Не знала, что сказать, ведь, если отвечу, что верным является первый вариант – значит, усугублю ситуацию. Скажу, что второй вариант – значит, я точно предала семью тем, что просто забила на них и настолько долго не выходила на связь, заставляя их сходить с ума от волнения.