Книга Хозяйка времени, страница 91 – Арина Теплова

— Вы могли бы переплавить это серебро в два небольших кулона? Или в два колечка? Как лучше выйдет.

— Позвольте взглянуть, сударыня? — сказал мужчина, протягивая руку.

Вера отдала ему вещицы. Мастер поправил монокль на глазу, начал рассматривать серьги.

— Ба! Так они настоящее серебро! — воскликнул он спустя минуту. — Да еще какой чистой пробы! Давненько такой красоты не видывал.

— Да. Так сможете сделать это? И сколько будет стоить?

— Два золотых за каждый кулон. Дорого, но плавка серебра очень трудоемкая вещь, главное, не потерять ни миллиграмма. Оно ж безумно дорогое.

— Согласна.

— Мы с вами сейчас взвесим сережки и по итогу тоже проверим. Чтобы все частички на месте были. Согласны? — Увидев, что Вера кивнула, мастер указал на толстую книгу, лежащую на прилавке. — Тогда выбирайте из каталога вид кулонов, и к вечеру я все сделаю.

— К вечеру?

— Несомненно, — кивнул мужчина. — Только не подумайте ничего дурного. У меня магический дар к обработке металла. Батюшка был боярином, но разорился. Теперь вот лавку держим.

— Понятно, — ответила Вера, понимая, что, только обладая волшебным даром, можно было так быстро переплавить серебро в другие вещицы.

Заплатив один золотой рубль авансом, молодая женщина выбрала из каталога вид будущих кулонов и ушла.

И вот теперь вернулась за заказом. Увидев прекрасную работу мастера, Вера забрала кулоны и добавила мастеру за работу еще полушку сверху, за быстроту исполнения. А также приобрела тут же в лавке еще две небольшие цепочки, сделанные из белого золота, такие, чтобы по цвету не отличались от серебряных кулонов.

Уже вечером Вера вернулась в усадьбу. Уставшая от ходьбы, но довольная.

Подойдя к особняку, во дворе Вера наткнулась на Могуту. Горбун находился наверху длинной лестницы и чинил козырек у крышинад парадным входом, который покосился.

Когда Вера приблизилась, Могута невольно окинул ее заинтересованным взглядом, с нескрываемым интересом рассматривая молодую женщину в прекрасном алом платье, на котором по низу подола и рукавам были вышиты диковинные белые птицы.

— Уж ты! Краса писаная! — воскликнул горбун, не сдержавшись.

— Могута, хоть ты не смущай меня, — произнесла нервно Вера и поспешила в дом. — И так сегодня все оборачивались на меня на улицах.

— Даже не сомневаюсь, Вера, — чуть оскалился он, смотря на нее сверху вниз. — Никогда не думал, что алый цвет так хорош. От тебя, боярышня, прямо глаз не отвести.

— Ну прекрати, пожалуйста, — взмолилась уже Вера. — И будь добр, заканчивай тут с крышей и в дом ступай. Через полчаса трапезничать будем.

Перед ужином Вера зашла в комнату Ладомиры и застала девочку за необычным занятием. Посреди спальни стоял трехногий мольберт, а на нем рисунок. Мира находилась у большого холста, водила по нему кистью.

Вера тихо приблизилась к девочке и встала за ее спиной, с интересом разглядывая то, что рисует Мира. На холсте было изображено некое подземелье или тюрьма, каменная и грязная. Трое мужчин в темных одеждах, их ноги не до конца нарисованы еще.

— Я люблю рисовать, няня, — произнесла вдруг девочка, не оборачиваясь. — Бабушка говорит, что у меня дар к этому.

— Действительно дар, милая, — согласилась Вера, отмечая, как искусно были выведены рукой девочки все детали на рисунке.