Книга Девочка для альфы, страница 41 – Алисия Небесная

Я молчала, внутри бушевала буря, но понимала, что любой крик, любое проявление слабости лишь усугубит моё положение.

— Мои условия просты, — продолжил, словно излагая бизнес-план. — Ты будешь жить здесь, под моей защитой. Я позволю выносить щенка. И ты будешь моей. Без вопросов, без протестов. Взамен обеспечу тебе безопасность. И твоему ребёнку. Но это лишь пока.

Его слова прозвучали как приговор. Выбор был иллюзией. Я молчала, глядя ему в глаза, стараясь сдержать нарастающий страх.

— Я заберу еду, — сказал он после непродолжительной паузы, и его лицо стало ещё более безразличным.

Действенный метод сломить меня, измотать физически. Он знал, что голодом можно сломить любую волю. Рано или поздно я сама приду к нему.

Марат контролировал. Его слова уже стали моим новым адом. Я осталась одна, в этой проклятой комнате, запертая на ключ. Запертая в своём бессилии, и страхе. Но вместе с этим ощущением рождалась решимость.

Свернулась колечком на кровати, обхватив живот руками. Усталость накрыла меня с головой, и я провалилась в сон.

Аяз обнимает, прижимает к себе. Целует. С ним так хорошо, так спокойно. Мир вокруг исчезает, остаётся только он.

— У нас будет малыш, — шепчу я ему на ухо, улыбка сама появляется на лице.

— Знаю, я люблю тебя, — Аяз целует страстно, прижимая ещё сильнее.

И вдруг… его глаза становятся стеклянными, он падает на колени.

— Прости, я не смог вас защитить, — хрипит он, кровь стекает по губам.

— Что? — вскрик рвётся из меня. Боль пронзает тело.

И хохот Марата… резкий, оглушительный.

— А я говорил, что он тебя не спасёт, — он нависает надо мной, оттаскивая меня от Аяза, который лежит неподвижно, не дыша.

— Нет, нет, Аяз… — кричу я, и резкий рывок вырывает меня из сна. Сердце колотится в груди, как бешеное. Я сижу на кровати, вся в поте, руки сжаты в кулаки. Сон… это был лишь сон. Или пророчество? Страх сжимает горло, заставляя дышать с трудом.

Поднимаюсь с постели, выпиваю оставшуюся воду.Тошнота отступила, но голода я уже не чувствовала. Просить о еде у Марата? Нет. Я должна сбежать.

Подхожу к окну, открываю створки. Прохладный вечерний воздух наполняет лёгкие, принося с собой привкус свободы.

Осматриваюсь. Всего двое караульных. Тишина царит вокруг, напряженная, жуткая тишина. Забираюсь на подоконник, крепко держась за раму. Если повезёт, я сумею пробраться по крыше и спуститься. Дальше… дело за волчицей.

Перемещаюсь по крыше осторожно, стараясь не издавать шума. Каждый шаг требует сосредоточенности, каждое движение наполнено напряжением. Внизу темнеет, но я чётко вижу забор и лес за ним. Ещё чуть-чуть…

Спрыгиваю с крыши, приземляясь на мягкую землю. Превращение происходит мгновенно. Волчица берет верх. Сила, скорость, инстинкт — всё включается автоматически. Я направляюcь к лесу, стараясь двигаться быстро, но тихо.

Но удача меня оставляет. Один из волков Марата заметил меня. Он бросается на меня, рыча яростно. Потасовка быстрая, жестокая. Я уворачиваюсь от его зубов, стараясь нанести удар, но он ловкий. В ожесточённой борьбе я чувствую резкую боль в лапе — он прокусил. Кровь струится по шёрстке.

Боль острая, жгучая, но я не могу остановиться. Должна убежать. Я должна спасти себя и своего ребёнка. Но сила меня покидает.

Прокусив холку волку, я с удовольствием чувствую, как он хрипит, падая на землю. Лес — так близко, но так далеко. Хромает лапа, кровь сочится, но волчица во мне не сдаётся. Плетусь медленно, ища слабое место в охране территории.