Книга Вернуть истинную. Наследник для волка, страница 43 – Елена Белильщикова

Эти несколько секунд, эти несколько шагов оказались одними из самых мучительных в моей жизни. Я уже отчаялась, решила, что это конец. Когда мне вслед вдруг донесся голос Марка:

— Ева, стой!

Я застыла, как изваяние. Физически не могла заставить себя ни убежать, ни повернуться к Марку. Он мягко перехватил меня за плечи, разворачивая к себе. Я попыталась поймать его взгляд. Напрасно. Марк прикрыл глаза, прислоняясь к моем лбу своим. Он показался мне горячим, как при болезни. Я почти кожей ощутила боль чужого разбитого сердца. Боль, которую Марк сам себе выдумал! При мысли об этом стало горько, обидно до слез! Я дернулась, собираясь вырваться, сбежать. Марк удержал, сдавленно прошептав:

— Прости, прости меня, Ева… Я тебе верю, прости.

Он припал губами к моим, но я не ответила на поцелуй. Вся сосредоточилась на том, чтобы лишь бы не расплакаться. Марк держал мое лицо в своих ладонях, покрывая его легкими поцелуями. Он касался губами мокрых ресниц, но почему-то не становилось легче. Я накрыла ладонями его руки, мягко отстраняя от себя, но оставила их в своих, будто в лодочке.

— В детстве вы когда-нибудь ломали игрушку, которую не могли поделить? — спросила я негромко.

— Было дело, — Марк дернул уголком губ. — Совсем малые тогда еще были. Сцепились за игрушечного мишку, каждый тянул на себя. В итоге разорвали, но так и не смогли договориться.

Марк осекся. Сам понял, видимо, к чему я решила поворошить давние детские воспоминания.

— Я не плюшевая игрушка, Марк. Если ваша затянувшаяся вражда разобьет мое сердце, его уже починить не получится.

Я опустила руки, отпуская его. Марк с секунду смотрел на свои ладони. Будто сам не мог понять, куда делась наша недавняя идиллия, как убежала песком сквозь пальцы.

— Да и мишку тоже не получилось, — фыркнул негромко Марк, качая головой, а потом посмотрел мне в глаза. — Некоторые вещи не исправить. Например,эту вражду. Но я люблю тебя, Ева! Сама подумай, что я почувствовал, увидев все это!

— Ты и правда веришь мне? На все сто процентов? — спросила я напряженно.

Для меня это было важно. То, что Марк не считает меня подлой или корыстной, способной переметнуться к его брату при первой же возможности. И все-таки я закрыла глаза. Обманула саму себя. Сделала вид, что не заметила того, как Марк отвернулся перед тем, как сухо ответить:

— Да, верю.

Мы поехали домой. Марк попросту сдернул плед со стоящего в стороне деревянного кресла-качалки и набросил мне на плечи. Я закуталась в него, чувствуя себя испачканной всеми этими подозрениями. Так что почти не поднимала взгляд, пока мы не добрались домой. Да и там тоже… Я уже собралась сбежать в свою комнату, когда Марк мягко толкнул меня к стене.

— Ты нужна мне, Ева, — прошептал он мне в губы. — Покажи мне, что тебе нравлюсь я, а не мой брат. Поцелуй меня так, как никогда бы его не поцеловала.

Марк зарычал. Он первый поцеловал меня, и я обвила его шею руками, отвечая нежно и сладко. Плед соскользнул на пол. Мы забыли о нем. Да и вообще, почти обо всем. Почти. Потому что я продолжала чувствовать легкий аромат чужого ополаскивателя. Этот запах витал между нами. И я читала по глазам Марка, что он тоже это чувствовал… и тем отчаяннее становились его поцелуи.

Когда я проснулась утром, Марка уже не было. Встав с постели и наскоро натянув домашнее платье, я босиком прошлась по квартире, но никого не обнаружила. И тут раздался звонок в дверь. Я смутилась. Принимать гостей было неловко. Самостоятельно представляться девушкой Марка — это почему-то казалось мне наглым. Но я подавила эти глупые мысли. Он сам называл меня даже невестой, помнится! Шутил, наверное… Я открыла дверь и ахнула. Первым делом в глаза бросился даже не молоденький курьер, а огромный букет роз в его руках. Мне никогда не дарили столько роз сразу. Я даже не смогла предположить, сколько их там!