Книга Арон. Бывший для истинной, страница 88 – Ника Горская

Бросаю взгляд на тумбу, которая стоит у кровати. На ней нетронутая тарелка с супом.

— Пэтти, нужно съесть обед.

Снова будто в пустоту говорю.

Я с такой полной отрешенностью встречаюсь впервые, поэтому совершенно не знаю, как себя вести.

— Бесполезно это всё. Она никого не слушает. Докторов игнорирует. Лежит будто покорно ждёт своей участи. — понижая голос говорит женщина.

Как помочь этой девушке?

Нет никаких мыслей…

Сижу какое-то время копошась в закромах своей памяти пытаясьотыскать то, что мне нужно.

И, кажется, нахожу…

Встаю с кровати и откидываю в сторону одеяло, которым укрыта девушка.

Она никак не реагирует на это продолжая лежать без движения, и только хаотично вздымающаяся грудь даёт понять, что она осознаёт всё происходящее.

Смотрю на её ногу и внутренне вся сжимаюсь.

Тонкий слой марли не полностью скрывает ужасную картину.

Правая нога Пэтти, от стопы до колена, тёмно-бордового цвета. Скорее даже почти черного. Я понимаю, что это значит…

Шансов помочь ей у меня практически нет.

Но я решаю попробовать. Всё равно ведь хуже не будет. Правда?

— Пэтти, послушай меня. Я могу попробовать тебе помочь. Шанс спасти твою ногу небольшой, но он есть. Но для этого мне нужно твоё согласие.

Девушка продолжает лежать без движения.

— У тебя есть кто-то ради кого ты хотела бы жить? — пытаюсь вызвать у неё чувства пусть не к себе, но к кому-то близкому или родному.

— У неё из родни только бабушка.

Глубоко вздыхаю, слыша тихий голос женщины рядом.

— Пэтти, ты её хоть немного любишь?

Тишина.

— Может поборешься, ради неё.

Сначала я слышу всхлип. Он настолько тихий что сначала даже кажется, будто мне это почудилось, но он повторяется.

— Я ничего тебе не обещаю, но на твоём месте воспользовалась бы любой возможностью стать здоровой.

И её срывает…

Пэтти зарывается лицом в подушку и начинает рыдать.

Незаметно выдыхаю. Слёзы это первый шаг на пути к исцелению.

Снова сажусь на край её кровати и поглаживая девушку по спине начинаю говорить.

— Я сегодня приготовлю специальный отвар, а завтра принесу его сюда и ты должна будешь его принимать на протяжении всего дня. Я скажу в каком количестве. Так же я сделаю тебе на ногу компресс из трав. Но перед этим ты должна поесть. Я не знаю, как может повлиять отвар на твой голодный желудок. Может открыться рвота и тогда всё окажется зря.

А вот тут я намеренно обманываю. Во благо.

Отвар, который я собираюсь приготовить абсолютно безвреден и легко усваивается в любом состоянии, но как по-другому заставить Пэтти поесть я не знаю.

Она перестаёт плакать. Поворачивается ко мне и шмыгая носом затравленно смотрит.

Молоденькая совсем.

Ей, наверное, и шестнадцати лет нету.

— Обещаете, что попытаетесь спасти мою ногу? — тоненьким голоскомзадаёт вопрос.

— Обещаю. Можешь поверить мне на слово. Только сначала обед. — киваю головой на тарелку с супом, который скорее всего уже остыл, но лучше уж так чем вообще ничего.

Пэтти неуклюже передвигается ближе к тумбе, дрожащей рукой берёт ложку, зачерпывает ею суп, после чего отправляет его в рот.

Мы вместе с её соседкой замираем, боясь пошевелиться, лишь бы только не спугнуть девчушку, которая ещё дважды повторяет свои действия и положив ложку на тумбу, снова отсаживается подальше.

— Больше не могу.