Книга Сказка для Истинной, страница 111 – Шана Лаут

И это я была лишь в трёх разных средах. Мне ещё рано судить о межличностных и межполовых отношениях. Но даже так, я видела и нечто общее: мужчина — защитник, добытчик, забота и опора женщины. Не все, но большинство точно.

Возможно ли, что всё дело в самом Мире? Всё же здесь Он — мыслящее, чувствующее существо. Он способен наказать, одарить, дать совет или отругать. То, что у меня до сих пор в голове не укладывается, особенно с момента «личной» встречи.

И если это действительно так, то это даже хорошо.

За мыслями я почти не заметила, как малышка вернулась с одеждой в руках. Ей было тяжело, но она не сдавалась. Я поспешила ей помочь, когда она уже оказалась рядом и привлекла моё внимание. И она вручила мне вещи с гордостью исо словами:

— Теперь ты останешься красивой.

— Спасибо, — только и могла вымолвить я.

— А теперь сдержи обещание, — кивнула она, требуя таким образом сказку.

О том, что это была сказка, малышка, конечно, в курсе не была. Но рассказывать я начала. Естественно, самый милый и детский вариант, который знала. Не хватало ещё ужасы малышке слушать от земных средневековых «сказочников».

К нам постепенно стали подтягиваться и другие дети. И в какой-то момент меня просто окружила стайка из сидящий и внимательно слушающих детей всех возрастов, что были среди каравана. Даже пара подростков заинтересовалась. И им всё так нравились, что как итог — я стала каждый вечер рассказывать по одной или две сказки, тем более многим малышкам это помогало успокаиваться и засыпать, за что родители их были мне даже благодарны.

Глаза всех детей блестели интересом и сопереживанием героям. Они от души радовались счастливым концам, наказанным злодеям. И пусть интерпретировали из познаний своего мира, но сказки есть сказки.

К концу очередной такой — про красную шапочку — на третий день ко мне подошла глава каравана. Она тоже слушала её, решив узнать, почему же всё же дети так окружают меня каждый вечер.

— Что за странная история, — высказалась она. — И волк, решивший украсть ребёнка? Никогда не слышала, чтобы кто-то из них крал детей. Волки вполне миролюбивые оборотни, успешные охотники, — это, видимо, камень в огород прогнавших по моим словам его в сказке охотникам. Не говорить же детям, что его убили, верно? — Откуда все эти истории?

— Из моего детства, — честно призналась ей, врать оборотнице не было смысла. То, что большая часть народа каравана — оборотни, я поняла ещё в первый такой совместный вечер. — Это всё сказки.

— Для чего же детям знать такие сказки? — удивилась женщина, усаживаясь рядом.

— Они чему-то да учат. Добру, например. Отзывчивости. Что нельзя оставлять в беде. Что, как бы трудно ни было, сдаваться нельзя и всё решаемо. Что зло всегда наказуемо. И пусть к этому нужно иногда приложить и свою руку, а не только ждать помощи, — постаралась хоть как-то объяснить это ей. Но и этого оказалось достаточно. Мой ответ вполне удовлетворил её.

— Тогда это хорошие сказки, — усмехнулась оборотница. А потом вдруг спросила меня: — А какой урок из них можешьизвлечь ты сама для себя? — и очень многозначительно блеснула на меня глазами.

И я действительно задумалась. Каждый из произнесённых мной вариантов стоило обдумать с той точки зрения, в которой нахожусь я сама. Быть добрее и отзывчивее? К тем, кого встречала, я не испытывала злости. Разве что к той проклятой семейке и братьям-драконам. Но как быть к ним доброй? Особенно к первым. Это просто невозможно.