Книга Выбор злодейки. Дракона не предлагать!, страница 50 – Мария Соник

Ночью разразилась гроза.

Я проснулась от оглушительного раската грома, который, казалось, ударил прямо над замком, сотрясая стены до самого основания. Вскочила на кровати, тяжело дыша, прижимая руки к груди, где бешено колотилось сердце — так сильно, что, казалось, его стук слышен во всей спальне. За окнами полыхало — молнии били одна за другой, освещая комнату призрачным белым светом, выхватывая из темноты то кресло у камина, то тяжелые шторы, то мое собственное отражение в темном стекле — бледное, с расширенными от ужаса глазами.

Ветер выл за стенами с такой силой, будто тысячи голодных волков окружили замок. Дождь хлестал по стеклам сплошной стеной, и казалось, что весь мир сошел с ума, что за пределами этой комнаты больше ничего нет — только хаос, тьма и бесконечная, всепоглощающая стихия.

Я ненавидела грозы. С детства. В моем мире, в моей прошлой жизни, была одна ночь… Я тряхнула головой, отгоняя воспоминания. Не сейчас. Не здесь. Сейчас я в замке дракона, в безопасности. Каменные стены, магическая защита, надежная охрана. Никто и ничто не может мне угрожать.

Но сердце не слушалось доводов разума. Оно колотилось, как птица в клетке, и от каждого нового раската грома я вздрагивала всем телом, вжимаясь в подушки, будто они могли меня защитить.

— Это просто гроза, — прошептала я себе, стараясь дышать ровно. — Ты взрослая женщина. Ты не боишься гроз. Ты пережила покушение, интриги, ревнивую драконицу — и боишься какого-то грома?

Очередная молния ударила так близко, что стекла задребезжали, а по комнате пробежала голубая искра — магический разряд, отразившийся от защитного купола замка. Я взвизгнула и зажмурилась, вцепившись в одеяло так, что побелели костяшки.

— Черт, черт, черт…

Я сидела, сжавшись в комок, и пыталась убедить себя, что все хорошо. Что это просто звуки. Что я в безопасности. Что рядом…

Когда я открыла глаза, в комнате кто-то был.

Он стоял у окна, спиной ко мне, и смотрел на бушующую стихию. Молнии освещали его силуэт — широкие плечи, уверенную осанку, черные волосы, растрепанные, будто он только что встал с постели и не потрудился причесаться. Он был босиком, в расстегнутой белой рубашке, открывающей мощную грудь, и черных штанах, свободно сидящих на бедрах. Выглядел он… каксама гроза. Такой же опасный, такой же дикий, такой же необузданный. И при этом — абсолютно спокойный. Единственный островок стабильности в этом разбушевавшемся мире.

— Кейн? — прошептала я, все еще не веря своим глазам. Голос прозвучал хрипло, испуганно, по-детски.

Он обернулся. В его золотых глазах плясали отблески молний, и на секунду мне показалось, что это не отражение — что внутри него тоже бушует пламя.

— Гроза, — сказал он просто, будто это все объясняло. — Я почувствовал твой страх. Ты кричала во сне.

— Я не кричала, — возразила я, хотя сама не была уверена. Горло саднило, будто я и правда кричала.

— Кричала, — он подошел ближе, бесшумно ступая босыми ногами по каменному полу. — Я пришел проверить.

Он остановился в изножье кровати, глядя на меня сверху вниз. Молния снова осветила комнату, и я увидела его лицо — напряженное, сосредоточенное, но не злое. Скорее… встревоженное? Обеспокоенное? За последние недели я научилась читать его эмоции, даже те, что он пытался скрывать.