Книга Наследница поместья «Соколиная башня», страница 153 – Александра Воронцова

— Что не очень хочется, — призналась я.

— Это чтобы согреться и только.

— Честное слово?

— Честное владетельское, — хмыкнул Райан и, подержав немного предназначенный мне кубок в руке, протянул его мне.

Он оказался теплым. Немного помедлив я пригубила и обнаружила, что вино тоже подогрето. Ровно так, как его приятно пить. И как это у него… ах, да. Райан же стихийник-универсал.

И еще неизвестно что или кто.

Я спохватилась, что снова молча его разглядываю, и даже как будто сделала шаг к нему, чтобы мне было удобнее любоваться его профилем.

Дабы скрыть неловкость я продолжила светскую беседу:

— А «Соколиная башня»? Для чего она?

— «Соколиная башня» — балансир. Тоже нечто вроде накопителя и, пожалуй, даже более мощного, чем «Ястребиная».

— В книге было написано, — я решила показать, что книгу все же читала, — что она называлась «Невестиной башней». Так какое название правильное?

— Правильное? — на губах Бладсворда проступила коварная улыбка. — Как правильно назвать тебя: леди Чествик или леди Энн?

Я чувствовала, что мне в очередной раз заговаривают зубы.

— Так почему два названия?

— Полный титул леди Бладсворд звучит как «Леди Сокол, Хозяйка земель Бладсворда и ястребиного сердца».

— Как не так мне представили вашу матушку…

— У нее полного титула нет, в чем не ее вина. Она свое испытание прошла,поэтому и защита после ритуала у нее сохранилась, а вот ястребиное сердце мама не получила.

Не получила? Означает ли это, что ее муж был к ней равнодушен? Или что он так и не стал ястребом?

— «Соколиная башня» — это место, где происходит последняя трансформация перед завершающей церемонией. Леди, прошедшая до конца, становится «Хозяйкой», и как следствие парой «Хозяину».

— Поэтому Бладсворды так хотели вернуть поместье себе? — опускаясь в кресло, я уставилась на Райана. Он лишь молча кивнул, и я продолжила допытываться: — Почему же ты не предпринимал никаких действий?

— С чего ты взяла, что я не пытался получить «Башню»? — удивился Бладсворд. — Я предлагал разные варианты сделок твоему отцу, но он отказывался. Лишь однажды он упомянул, что дело в некоем обязательстве, которое было наложено на потомков кем-то из Чествиков. Подозреваю, что это была Фрея.

— Но у Джины же нет долгов перед моими предками, ты мог заключить сделку с ней. Да и мне ты ничего не предлагал. Да, сейчас я еще не вступила в наследство, но ведь я стану владелицей…

— А ты бы согласилась продать мне поместье? — пытливый взгляд впился в мое лицо.

Я хотела пожать плечами и сказать, что не хотела бы нарушать волю отца, но в безвыходной ситуации, согласилась бы, но…

Что-то мне помешало так ответить.

Я буквально почувствовала внутреннее сопротивление, вызвавшее у меня недоумение. С чего я так цепляюсь за «Соколиную башню»?

Я попала туда впервые неделю назад, там нет того, что вызывало бы ностальгию. Желание отца? Если так подумать, то он моими интересами не руководствовался никогда, и описать, что я чувствовала по отношению к нему, было трудно, однако, назвать это любовью или дочерней почтительностью было нельзя.

Выгода?

Весьма сомнительная.

И все же.

Нет.

Я бы не продала поместье.

Только что я поняла это весьма отчетливо.

— Вот видишь, — констатировал растерянной мне Райан.

— И откуда ты знал, каков будет мой ответ, если его не знала даже я? — я отставила кубок, потому что горячее вино уже ударило в голову.