Книга Найди меня, держи в своих руках – не отпускай, страница 32 – Ольга Токарева

Не было смысла сомневаться в словах стоявшего перед ним воина. Схватив рукой порванную рубашку, он рванул ее и отбросил в сторону: не предстало наследнику трона ходить в лохмотьях.

— Я готов встретиться со своим отцом.

Не обращая внимания на одногруппников, Киран последовал за атлетически сложенными воинами,которые были готовы в любую минуту отдать жизнь за своего принца. Ребята молча провожали взглядом уходящего Кирана, и вскоре он скрылся среди толпы.

Наоли вскрикнула, прикрыв ладошкой губы. Со слезами на глазах она вглядывалась в прохожих и, подхватив подол платья, побежала в том направлении, куда ушел Киран. Сердечко стучало от охватившей тревоги. В голове всплывала лишь одна фраза: «Я его больше никогда не увижу… никогда».

Выбежав на пристань, Наоли наблюдала, как с гордо поднятой головой по трапу, ведущему на корабль, ступал Киран — ее первая юношеская любовь.

— Киран, — шептали ее побелевшие губы. — Киран…

Но молодой человек не удостоил ее даже прощальным взглядом.

Сине-зеленые воды уносили корабль все дальше. На самом пике мачты развевался флаг, на котором красовался огромный черный волк с пылающими гневом глазами. Оскалив свою пасть, он демонстрировал всем свои острые клыки.

Когда корабль скрылся за горизонтом, Наоли, едва переставляя ноги и не видя ничего перед собой, отравилась обратно. Пройдя немного, она уткнулась головой в широкую мужскую грудь. Вдохнув показавшийся знакомым запах мужских духов с нотками дерева и пряностей, девушка не вытерпела и разрыдалась.

Мужские руки осторожно обняли тонкий девичий стан, прижали к себе, стали гладить по спине, пытаясь успокоить. На одном из кораблей раздался смех, затем свист и подбадривающие выкрики: «Так держать, Демир!», «Молодец, капитан!», но они быстро стихли.

Наоли всхлипнула, осознав, что вдыхала запах свежего бриза вместо знакомого щекотавшего нос кедрового аромата, и резко замолкла. Мгновенно пришло понимание того, что она находилась в объятиях не своего отца, а совсем незнакомого ей человека. На лбу выступила испарина, от стыдливости по телу прошла волна жара.

Поборов в себе робость, Наоли подняла голову и замерла, любуясь красотой глаз незнакомца. Их можно было сравнить с водами моря, только, пожалуй, синевы было намного больше. И море не могло смотреть на нее так восторженно. Черные брови незнакомца напоминали короткий зигзаг, и сейчас они почему-то застыли чуть выше своего привычного места. Смоляным густым ресницам позавидовала бы любая девица. Изогнутые губы пылали жаром; хотелось дотронуться до них рукой, чтобы убедиться, что они не горят. Наоли так бы и поступила, нонеожиданно губы незнакомца разошлись в доброжелательной улыбке, а его рука, державшая носовой платок, взметнулась к ее лицу.

— Простите меня, таинственная незнакомка, за это нелепое молчание. — Молодой человек заботливо вытер глаза и щеки Наоли, коснулся ее вздернутого носика и вновь улыбнулся. — Пятнадцать лет хожу в плавание на корабле и ни разу не тонул, а тут посмотрел в ваши глаза и понял, что пошел ко дну.

На щеках Наоли вспыхнул багряный рассвет. В недоумении она взмахнула своими мокрыми от слез ресницами и шмыгнула носиком. Незнакомец сразу вручил ей платок.

— Держите, вытрите свой носик и больше не плачьте. Не должна такая красавица ронять слезы. Море и без того чересчур соленое.