Книга Найди меня, держи в своих руках – не отпускай, страница 210 – Ольга Токарева

Вновь ухмыляюсь своим мыслям, подбегаю к Нариму, едва касаюсь его мочки уха и шепчу:

— Оставайся со своим титулом. Живи и помни меня.

Он не успеваетменя схватить. Я ужом ускользаю от его рук. Босые ноги кружатся по мягкому ковру. На меня уже делают ставки — кто-то предложил мешок алмазов. Я подбегаю к смельчаку, кричу для него и для всех:

— Кто готов закрыть глаза на статус и жениться на мне⁈

На какой-то миг затихают литавры, и лишь голоса девушек не умолкают. Они печально вытягивают мелодию: «А-а-ааа-а…»

Молодцы, мои хорошие помощницы! Они все плачут, понимают меня, как никто другой, осознавая, что это мой последний танец и последние минуты жизни.

Гости молчат, нахмурив брови. До некоторых из них, кажется, начинает доходить смысл моего танца, но поздно! Да и никто так и не захотел пожертвовать своим статусом.

— Живите и помните меня, — шепчу я.

Выхватываю из вставок платья два клинка, кружусь с ними в кульминационном моменте. С рук срывается огненное пламя. Я начинаю отдаваться во власть своего огня и вбегаю в шатер.

Фитили свечей вздрагивают, разгораются пламенем. Продолжаю танцевать, изгибаюсь в подходящем к финалу ритме музыки и песни. Знаю, что мое тело — уже объятое пламенем — сейчас хорошо отражается снаружи в отсвете подергивающихся огоньков свечей. Но их пламя уже ни к чему.

Я плавно провожу рукой по ткани, и ее мгновенно охватывает огонь. Но ткань сопротивляется, не поддается огню, и это тоже сделано специально. Последние минуты… Слезы — лишь небольшое облегчение. Зажатые в моих руках клинки взлетают и вонзаются в мою грудь.

Кажется, я немного не попала в цель, и у Нарима остаются последние мгновения, чтобы ворваться в шатер и подхватить мое тело на руки. Внутри меня все торжествует. Я вижу боль в его серых глазах. Он кричит в неверии, смотря на воткнутые в мое сердце лезвия клинков. Тонкая струйка крови стекает по моей щеке. На последнем вздохе я шепчу:

— Моя душа слишком свободна, чтобы ее заперли в клетке. Я никогда не буду рабыней. Пусть будет так, как будет. Я уйду туда, где действительно любят. И никогда, — слышишь? — никогда не предадут. А ты… сделал свой выбор.

Огонь уже давно внутри меня, и я отпускаю его на волю. Он с жаром пожирает мое тело. Но мне не больно — мне спокойно. Каждая частичка моего тела, сгорая, осыпается. Я вспыхиваю, как недавно фитили свечей, и выскальзываю пеплом из рук Нарима. Даже мой пепел не будет принадлежать ему. Взмахнув огненнымкрылом, я развеиваю его и исчезаю.

Вновь лечу ввысь. Ввысь к небесам. Там хорошо, там покой. Я кружусь от охватившего меня счастья. Я ликую! Нет больше боли от любви и несправедливости. Нет больше боли от предательства. Любовь сгорела вместе с моим телом. Она больше не мучает меня, но оставляет небольшой рубец на моем маленьком для этого, да и для других миров, сердце.

Я слышу, как безумствует кричащий Нарим:

— ВИ-ТТО-РИЯ! ВИ-ТТО-РИЯ!

Мне нет дела до его боли: выбор сделан. Он думал заполучить все, а в итоге остался с тем, чего желал.

«Целуй свой титул, ласкай его, люби его», — шепчу я.

Мой голос подхватывает горячий ветер пустыни и несет по раскаленным пескам, швыряет в отрытые окна дворца хана Дархимана.

А я подхватываю слова песни двух Маш, и весь мир Эйхарон окутывают грустная, раздирающая душу мелодия и мой плачущий голос: «А-аа-а — а-а-ааа-а…»