Книга Найди меня, держи в своих руках – не отпускай, страница 194 – Ольга Токарева

Но любовь их была недолгой. Арум, узнав о том, что натворила дочь, явился в созданный им мир и, посчитав Шарна Аргаринского виновником, обрушил на него весь свой гнев. Виктавия, сейчас вы стоите как раз возле того самого места.

Стоя на краю крутого утеса, я смотрю вдаль. Душа трепещет от красоты открывающегося мне вида. Дневное светило озаряет своим багряно-кровавым закатом горную долину и скалистые шапки невысоких гор. Дух захватывает от близости к кромке отвесного обрыва. Краем глаза смотрю вниз, и мне кажется, что я заглядываю в бездонную пропасть. Голова предательски кружится от понимания, как я должна умереть.

— А почему утес называется утесом Богини Архи?

— Вот мы и подошли к кульминационному моменту. А потому, что Архи прыгнула с обрыва вслед за своим любимым, и с тех пор ее никто не видел. Мир Эйхарон сотрясся, потеряв Богиню судеб. У магических существ перестали рождаться дети, и спустя несколько веков последние из живущих создали магические колодцы, заключив в них свою магическую силу. Как ни старается Богиня Ирида, но по-настоящему любящие пары встречаются все реже. Да и хранителеймагических источников осталось лишь двое, хотя, говорят: единорог возродился.

— А ваша хранительница? Феникс. Как вы думаете, из-за чего умирает?

Не вытерпев, смотрю прямо в бесцветные рыбьи глаза короля.

— Думаешь, из-за того, что разучились любить? А-ха-ха-ха…

Скрипучий смех короля пробирает до дрожи в теле, и я морщусь.

— Любовь — это для вот таких наивных, глупеньких девочек, как ты, — нависнув надо мной, выговаривает он, смотря мне в глаза и обдавая своим смердящим дыханием. — Так ты не передумала?

Мы оба понимаем, о чем он говорит, и я качаю головой. Обрюзгшее лицо Мира морщится, как от пощечины.

— Что ж, ты сама выбрала свой путь.

Развернувшись, король со всей силы задевает меня своим плечом. Я не удерживаюсь, теряю точку опоры под ногами и с улыбкой на лице падаю вниз.

Сердце, сделав последний удар, замирает навсегда. Вместо рук — крылья, на которых отражается кроваво-огненный закат дневного светила, на смену которому приходит жар пламени. И вот уже ничего не остается от хрупкого тела Виктавии. Вместо нее огненная птица.

Но не удается магическому существу взмахнуть своими крыльями: слишком они тяжелы и тянут вниз. Как же хочется жить! Но огонь спешит, охватывает жадными языками своего пламени птицу. Вскрикивает жалобно феникс и осыпается пеплом на серые камни дна утеса Богини Архи.

Ветер, подхватив мой бестелесный дух, несет его к хранителю источника. Или это я лечу, купаясь в свободе? Но почему-то от этой свободы грустно.

Душа кричит от вида плачущего феникса у своего умирающего источника силы. Обнимаю с любовью огненные перья, шепчу слова утешения.

Феникс вскидывает голову, прожигает меня своими оранжево-красными глазами-опалами, в которых вспыхивает яркий свет надежды. Птица заключает меня в колыбель своих огненных крыльев. И я, купаясь в ее мягком оперении, убаюканная, слушаю песню о магических хранителях и о том, что она вновь возродит меня к жизни. Нужно только дождаться подходящего тела.

Засыпаю с улыбкой на губах под дивное воркование феникса. Купаясь в любви огненного жара, верю, что в этом мире есть люди, которые, полюбив, отдают всего себя. Как же хочется прикоснуться к этому светлому прекрасному чувству…