Книга Изгнанник. Право на счастье, страница 39 – Мари Стефани

— Так что случилось? — напомнил о себе Закарий.

— Ничего такого, — нервно переминаясь с ноги на ногу, произнесла я. — Я просто хотела уточнить, что за договор вы имели в виду, в разговоре с министром?

— Наш с тобой трудовой договор, — невозмутимо ответил мужчина.

— А когда мы его подписали?

— В тот день, когда ты пришла на собеседование. Я объяснил тебе про испытательный срок, ты согласилась и подписала его. Испытательный срок ты прошла, и договор вступил в силу. С сегодняшнего дня ты официальный сотрудник салона! — произнес Закари.

— Да-а-а-а… А напомните, пожалуйста, условия договора! На какой срок мы его заключили?

— По условиям договора тебе полагается оклад, — терпеливо начал Эмбер и назвал сумму моей зарплаты.

Мне захотелось прочистить уши, явно я что-то не так расслышала.

— Фиксированный рабочий день с девяти до пяти, два дня плавающих выходных. Оплачиваемые больничные. И четыре недели отпуска, разбитые на две части. Договор заключен на пять лет. Да если вдруг по каким-то причинам решишь разорвать его раньше времени, придется заплатить неустойку в размере…

После этой суммы у меня однозначно заложило уши.

— Что-то не так?

— Эээ, да… нет… Все замечательно! — пытаясь собрать мысли в кучу, пролепетала я.

Боже, да мне придется десять лет работать, не пить, не есть, не одеваться и все равно мне такую неустойку не потянуть! Кто вообще в случае увольнения требует неустойку с работника?

— Я!

Ой, кажется, я произнесла это вслух!

— Понимаешь, Злата, очень трудно найти по-настоящему хорошего, ответственного и высококвалифицированного специалиста. И вот когда его найдешь, пойдешь на любые хитрости, чтобы удержать!

Незаметно, пока я мысленно металась в панике, что делать, мужчина оказался рядом и теперь нависал надо мной огромной скалой.

— Я… понятно!

Смысла не было говорить, что собиралась уволиться. Да куда я теперь уйду, только если на невольничий рынок. Придется взять себя в руки и работать на Эмбера. Всего-то пять лет, потерплю. Буду стараться его избегать. А высокая зарплата будет мне дополнительным стимулом. Осталось придумать, как покинуть его кабинет, а уж дома обязательно возьму себя в руки.

Пока я продолжала метаться, не зная, как быть и что делать, мужские руки неожиданно потянулись ко мне и сняли с моего лица очки.

— Что вы? — от возмущения, я забыла и о своих бедах, и о том, что боюсь этого конкретного мужчину, как самое страшное чудовище. С вызовом я посмотрела в его глаза, успела подумать, какого они красивого голубого цвета, а потом мир перевернулся и меня затянули эти небесные омуты.

Я забыла, где нахожусь, что нужно бояться Закария Эмбера, и вообще-то собираюсь от него бежать без оглядки. Весь мир в данный момент сосредоточился на нем и в нем. А потом моего рта коснулись горячие, чуть шероховатые губы мужчины. Сначала осторожно, нежно, терпеливо, словно проверяя реакцию на свое действие. Не получив отпора, Закари осторожно провел по моим губам своим языком, заставляя их приоткрыться. И черт побери! Сама не знаю зачем, я приоткрыла их! Впустила лазутчика в святилище и ответила на его поцелуй.

Закарий целовал пылко, жадно с нарастающей страстью, и я отвечала ему тем же. Мужчина с каждой минутой прижимал меня к себе все крепче, а я, вопреки логике, прижималась все теснее к нему. Мои руки давно были на его плечах, а пальцы запутались в длинных волосах. Я забыла о месте и времени, о том, что до дрожи в коленях боюсь его. Я подчинилась ему, растворилась в нем целиком и полностью. Мне нравилось это мое состояние, и я ничего не хотела менять, разве что, ещё теснее прижаться к Закари.