Книга Темные земли, страница 67 – Татьяна Усеинова

— Они великолепны, — потрясённо произнесла я, посмотрев на вождя. — Спасибо.

Чибур молча склонил голову.

— Приглашаю всех в обеденную, — сказал Игнифер. — Мира, ты идёшь с нами?

На секунду я замешкалась.

— Я бы с радостью, но мне хочется высадить фикулы...

— Конечно, — усмехнулся Игнифер. — Другого ответа я и не ждал.

Игнифер отнёс корзину с цветами в оранжерею и в сопровождении Чибура и стражей отправился в обеденную. В корзине было пять растений. Очень осторожно, чтобы не повредить, я высадила каждый цветок в отдельный ящик. Несмотря на то, что некоторое время фикулы пробыли в корзине, они были наполнены силой. Игнифер был прав, энергия растений Древнего леса отличалась — она была невероятно живой.

Волшебное свечение фикул преобразило оранжерею, но, несмотря на их красоту, к моему восторгу примешивалась печаль. Это были любимые цветы матери Игнифера, и у меня было ощущение, что её дух витал где-то рядом. Я надеялась на то, что поступила правильно, решив изменить традицию.

— Здравствуй! — услышала я за своей спиной бодрый голос своего отца. — Король Игнифер сказал, что тебе нужна помощь в оранжерее.

— Да? — удивилась я. — Хотя кое-что я не успела сделать.

Я подвела отца к клумбе, где выращивала дурус.

— Об этом корнеплоде я узнала только в Иллидиме, — сказала я, показывая на землю, откуда торчало несколько зелёных стеблей. — Дурус тяжело выкапывать, потому что он растёт глубоко под землей. Он очень твёрдый, поэтому повара выдерживают его в масле со специями несколько недель, после чего томят на медленном огне, пока он не станет мягким. Подаётся дурус в кисло-сладком соусе. Он настолько вкусный, что один раз попробовав, ты влюбляешься в его вкус навсегда. Повара готовят его только на особые случаи. Скоро состоится одно такое событие, поэтому дурус нужно выкопать, чтобы повара успели его замариновать.

Я показала отцу, как правильно выкапывать этот корнеплод,поставила рядом ящик, куда его нужно было складывать, и отец взялся за дело.

— Мама до сих пор не выходит из комнаты? — спросила я, присаживаясь на деревянную скамейку.

— Да, — коротко ответил отец, увлеченно выкапывая дурус.

Прошло около часа.

— Грядка пустая, дурус в ящике, — довольно сказал отец, отряхивая руки.

— Прекрасно, — ответила я, вставая. — Теперь его надо отнести на кухню.

Вымыв руки, мы вышли из оранжереи. Отец нёс перед собой тяжёлый ящик с дурусом, я шла впереди и показывала ему дорогу. Аппетитный аромат специй, доносящийся с кухни, напоминал о приближающемся обеде. Котлы кипели, Сантифер бегал вокруг них, едва успевая помешивать томатный суп и овощи. Увидев ящик с дурусом в руках моего отца, Урул тут же направился к нему, но отец от неожиданности отшатнулся.

Повара оцепенели, глядя на него так, как когда-то смотрели на меня.

— Простите, — выдохнул отец и сам протянул Урулу ящик.

Тот его осторожно взял и поставил на стол. Отец ещё раз извинился и вышел из кухни.

Последние три дня подготовка ко Дню скорби шла более активно. Подданные украшали замок тканями белого и лазурного цвета, повара готовили праздничные блюда. Дор по моей просьбе выставил в обеденной ящики с фикулами, наполнившими зал волшебным голубым сиянием.

И вот настал этот день. Игнифер всё утро был неразговорчив. Казалось, ощущение праздника давило на него. Ровно в десять страж ударил молотом по двухметровому латунному гонгу шестнадцать раз — именно столько было жертв того ужасного события, унёсшего жизни королевской четы и их ближайших подданных. Ревущие звуки гонга разносились на всю округу, словно напоминание пожилым жителям Иллидима о боли, временах мира и процветания и предупреждение молодым о хрупкости жизни. Но всех одинаково этот звук опустошал.