Книга Запретная любовь княжича, страница 37 – Яна Епринцева

— Уж не приворожила ли ты меня, ведунья? — шептал парень, сжимая в объятиях свою любимую, вновь и вновь вкушая сладость её губ.

— Может, это ты заколдовал меня, колдун? — вторила ему девушка, прижимаясь к мощному мужскому телу. — Присушку сделал, чтобы жизнь без тебя стала не мила?

Но в глубине души каждый из них знал — колдовство и чары здесь не замешаны. Всё, что они чувствовали — искренняя любовь, живая, как и они сами, а вовсе не мёртвая ворожба.

Утром к покоям княжича явились слуги. Они пришли передать распоряжение от его отца, который требовал явиться к нему с отчётом.

Забилось беспокойно сердце Ярополка. Грозный воин, привыкший беспощадно разить врагов на поле брани, он испытывал невольный трепет перед отцом, которого любил и уважал, как и положено верному сыну. Понимал молодой человек, что разговор предстоит серьёзный, и надеялся, что Светогор примет его решение, и поддержит.

Горло сжималось от беспокойства и нехорошего предчувствия, когда вошёл парень в просторные палаты князя.

Тот уже ждал его, расположившись за дубовым столом с резными ножками. Немолодой мужчина просматривал деловые бумаги, подписывал указы, разбирал жалобы, что приходили ежедневно от городского и сельского люда.

Увидев сына, Светогор встал ему навстречу, желая обнять своего любимца и единственного наследника.

Парень с готовностью шагнул к отцу, не забыв при этом почтительно склонить голову.

— Здрав будь, батюшка!

— Здравствуй, сын! Как съездил, с толком ли, все дела сделал? Поручения мои выполнил?

Ярополк утвердительно кивнул и в подробностях рассказал о поездке, передал отцу письма и отчёты из каждого населённого пункта, в котором побывал по его поручению.

Князь выслушал внимательно, поглаживая посеребрённую сединой бороду.

— Добро, — протянул задумчиво. — А что ещё хочешь рассказать, сын мой любезный?

Парень вскинул глаза, но встретившись с пронзительным взглядом отца, вновь опустил их.

— О чём хочешь услышать, батюшка?

— Да вот идёт молва, что в деревне ведьму поймали. Якобы потравила она скот. А ты её забрал, чтобы судить справедливым судом. Почему же про это молчишь? — голос князя звучал бесстрастно, но Ярополк всё равно понял, что не доволен отец этим обстоятельством.

— Не травила она скот. С этим я уже разобрался, — проговорил и упрямо сжал губы.

— Значит, не травила? Что же, в твоих словах сомневаться мне нет причин. Объявим народу, что, выяснив подробности дела, девицу оправдали, — Светогор, не спускал с сына внимательного взгляда.

— Благодарю! — с жаром воскликнул парень в ответ не сдержавшись.

— За что же сын? В то, что девица скот не травила, я охотно верю. Знаю я этих мракобесов, чуть что готовы забить камнями любого, кто хоть чуток от них отличается. Почему для тебя это важно, — вот вопрос, который меня волнует.

Парень невольно вспыхнул. Его отец, хоть и не был колдуном, отличался особой проницательностью. От него невозможно было укрыть помыслы, и Ярополк это знал.

— Эта девица, ночь провела в моих покоях. И впредь будет ночевать со мной, — выпалил княжич.

Светогор и ухом не повёл. Он отлично знал, что творилось в опочивальне сына, потому что верные соглядатаи ещё на рассвете доложили ему о том, что парень притащил с собой худенькую оборванку. Слуги в подробностях расписали её невзрачную наружность. Поведали и о совместной трапезе, и о бане, и том, что заперся княжич с ней в одной комнате на всю ночь.