Книга И даром не нужна, страница 53 – Елена Шторм

Мысли в голове бьются шумно и бестолково, как пара мух в стеклянной банке.

Тело мужчины расслабляется мучительно медленно. Но всё же судороги становятся реже, кашель слабеет. Наконец, он переворачивается на спину и лежит так, ещё тяжело дыша и прикрыв глаза сгибом локтя.

После долгого молчания начинает шептать:

— Представляю… ты другого ожидала от первой ночи… — Получается у него как-то шелестяще и слегка безумно. — У меня в планах было только найти на тебе печать, это… сверху.

— Вы в состоянии говорить?

— Не особо.

Вздыхаю.

— Если мне нужно что-то срочно знать или сделать — постарайтесь сказать сейчас. Я сделаю, даже если ваша смерть меня в целом не расстроит. Может, всё-таки позвать кого-нибудь? Скала? Лекаря?

Он убирает локоть от глаз и некоторое время изучает меня. Вот так вот лёжа на полу, с каким-то отрешённым интересом, почти без смущения и иных эмоций.

Глаза стали светлыми.

Потом он просто молча пытается подняться. Цепляется за кровать, не просит помощи, кое-как забирается обратно на брачное ложе.

Утыкается лицом в простыни — и затихает в таком положении. Больше ничего не говоря.

У меня много вопросов.

Я не уверена, как задать их и, главное, зачем.

Просто встаю, обхожу кровать, тихо устраиваюсь на своём месте.

В этот раз засыпаю действительно долго — но до утра мы спим относительно спокойно.

* * *

Когда я просыпаюсь вновь, в комнате светло.

Когда сажусь — понимаю, что на другом краю кровати сидит мужчина, застёгивая рубашку.

— Разбудил? — спрашивает он тихо и хрипло. — Снова.

Несколько секунд я прихожу в себя. Пытаюсь понять, сколько прошло времени с тех пор, как заснула в последний раз — час, два?

— Как самочувствие?

— Нормально.

Принц слегка поворачивает голову, и вид его почти кричит о том, что он врёт.

Бледная кожа стала ещё белее. На ней, под глазами темнеют вены — и мне не кажется, что это естественный рисунок. Сидит он слегка сгорбившись, что для него явно ненормально.

— Расскажете, что произошло?

Отворачивается снова.

— Иди к себе.Позавтракай. Я позову потом.

Кладу подбородок на колени. Понимаю, что даже уже одеялом не прикрываюсь — быстро же, чёрт побери, смирилась. Всё это добавляет неловкости в и без того неловкий разговор.

Некоторое время я молчу, настороженно слежу за движениями мужа дальше. Потом всё же вздыхаю:

— Раз уж вы почти оделись, попросите служанку принести одежду и мне?

Пауза.

— А. Да.

Через четверть часа я действительно иду к себе.

Добираюсь до спальни. Там? Умываюсь и причёсываюсь. Прошу принести мне завтрак в комнату — спускаться сейчас в столовую нет ни малейшего желания.

И снова, как и два дня назад, я вдруг понимаю, что не хочу особо ничего делать.

Только вот пока и не нужно. Нет, башня не вымерла — за стеной ходят люди, сегодня днём должен продолжиться праздник, не зря же гости ехали издалека! Но почему-то я не могу сконцентрироваться на этом. Брожу по комнате, тереблю прядь волос, варюсь в собственных мыслях.

Мелодия приходит и говорит, что меня вызывает его высочество, где-то через час.

Тогда я, конечно, иду.

* * *

— Дорогая.

В этот раз принц сидит не в лаборатории, а в комнате рядом со спальней. Здесь тоже есть небольшой письменный стол, а ещё чёрное кресло — которое слишком хорошо подчёркивает его бледность и разбитый вид. Слегка растрёпанные волосы спадают на одно плечо.