Книга Орловы: Рождена для тебя, страница 40 – Тиана Хан

Перед тем как вернуться домой я заехал в магазин и купил пару бутылок виски. Отперев дверь квартиры, не снимая обуви прошёл в кухню и бросив ключи на стеклянный столик, плеснул в стакан алкоголь, осушив его залпом. Затем открыл дверцу высокого холодильника и вытащил из его недр упаковку колотого льда. Усевшись на кожаный диван, стоявший у стола, скинул на пол обувь и забросил ноги на табурет. Закурив прикрыл глаза, вновь и вновь погружаясь в пучину болезненных воспоминаний. Илона совсем не изменилась, как будто и не было тех десяти лет, проведённых вдали друг от друга. Всё те же ярко-синие завораживающие глаза, изящная фигурка и лицо не тронутое временем. Передо мной снова была та самая девчонка, что я безумно любил, расставание с которой до сих пор болью отзывается в моём жестоком сердце. Я не видел её с того самогодня, как она прогнала меня из своей жизни, нанося удары колкими фразами, ранившими влюблённого идиота. С тех пор я перестал верить женщинам, считая их всех лживыми. Илона… так искренне обнимала меня, заглядывая в глаза просила никогда не покидать её, а после, в одночасье, без малейшего сожаления отстранилась, став чужой. Теперь я не знал, когда именно Илона лгала мне: убеждая в своей любви или в тот миг, когда призналась, что я противен ей? Сколько мужчин у неё было после меня? А я ведь так мечтал, остаться для неё первым и единственным. Но отчего именно нам суждено было расстаться? Почему спустя столько лет я всё ещё помню и люблю её, одновременно с любовью ощущая дикую, неистовую ненависть в своей душе? И… почему меня до сих пор так волнует её жизнь?

Разве можно предать сильнее?..

Как только вернулся в родной город, отслужив положенный срок, едва спрыгнув с подножки вагона я кинулся к бабушке, надеясь хоть издали увидеть ту, память о которой бережно хранил всё это время. Но, увы, чудо не произошло! Едва открыв калитку, я услышал радостные детские голоса и заливистый звонкий смех, что раздавался из-за забора. Схватив стремянку, мгновенно взлетел на неё, окинув взглядом участок соседей.

- Здесь давно уже живут чужие люди… уехала Илона, дом продала. Не рви свою душу, милый, - услышал я за спиной вкрадчивый голос Надьи, который отдавался в моих ушах подобно раскатам грома.

Спустившись, я обнял бабушку, изумлённо уставившись на неё в ожидании разъяснений.

- Я так скучала по тебе, Милош! Почему не предупредил о своём приезде?

- Хотел сюрприз сделать, - невесело улыбнулся я, вновь оглядываясь на соседский забор.

- Пошли в дом, накормлю тебя обедом, там и поговорим, - потянула она за собой, не давая увязнуть в воспоминаниях, что обрушились на меня подобно шквалистому ветру.

Усадив за стол с накрахмаленной белой скатертью, бабушка налила в глубокую тарелку густого наваристого супа с ароматом копчёностей и поставив её передо мной подвинула ближе блюдо с домашними пирогами по рецепту Земфиры.

- Ты ешь, дорогой мой, а я рассказывать буду.

- Хорошо, бабушка, - согласно кивнул я, откусывая пышное тесто, что буквально таяло во рту.

- Что в жизни Илоны было и есть я не знаю, да и знать не желаю. Не заглядывала туда, где могу увидеть то, что оставит глубокий шрам на сердце, но пока девчонка здесь, по соседству со мной жила, многое я подмечала. Как в армию-то ты оправился, сникла она совсем. Ходила только в школу, да обратно: исхудала вся, словно в тень самой себя превратилась. Пробовала к себе её зазвать не единожды, да только зыркнет она на меня своей синевой, голову-то ещё ниже склонит и бурчит под нос извинения, а приглашение моё так ни разу и не приняла. А в июне, аккурат перед выпускным, гляжу, Павлик Миронов стал к Илоне-то твоей захаживать. Пить вдруг бросил парнишка-то и изменился сразу же. Будто неразлучные ходили они всюду вместе, а однажды вдруг дошло до меня, что без Миронова девчонка уже и носа из дома не показывает. Через некоторое время, дом Романова продалаи насовсем к парню перебралась в его «хоромы царские». Так и жили они вместе до конца августа, видела я много раз на рынке их двоих, работали значит там оба, а в конце августа исчезли ребята.