Книга Карилла, страница 63 – Тиана Хан

Я чувствовал, что он пытается скрыть свои истинные эмоции, но его выдавали мелкие детали: постукивание пальцами по колену, взгляд, что задерживался на чём-то, находящемся вне поля моего поля зрения. Очевидно, что Римс желал казаться сильнее, чем являлся на самом деле, только в его глазах читалась мучительная растерянность и некий страх.

— Вот, взгляните на это, — пророкотал Кор, словно гром среди ясного неба, застыв у массивной двери в компании Ториона и моего отца. — Полюбуйтесь, что сотворила эта, с позволения сказать, девица, с курсантом Римс!

Я медленно подняла голову, встречая взгляд Армана. Его глаза, обычно холодные и равнодушные, сейчас горели яростью. И в них отражалась не только злость...

— Вы снова пытаетесь защитить своего племянника? — тихо спросила я, голос дрожал, хотя в нем и звучала стальная решимость. — Родная кровь дороже справедливости? Ведь так, ректор Кор, сэр?

— Да как ты смеешь разговаривать со мной в подобном тоне, маленькая негодяйка? — взбеленился ректор.

В этот момент я почувствовала, как внутри меня что-то сломалось. Я больше не могла сдерживаться. Слезы хлынули из глаз, но я не позволила себе отвести взгляд. В глазах ректора я увидела не только гнев, но и что-то еще. Что-то, что заставило меня усомниться в своих словах. Но было уже слишком поздно. Сказанного назад не воротишь.

— Я больше не могу... — прошептала я, чувствуя, как самообладание покидает меня. — Я не могу молчать… Это не должно оставаться безнаказанным! Ваше пренебрежительное отношение и жалкие попытки выгородить Уоррена…

Увы, закончить начатую фразу мне не удалось.

— Как смеешь ты, Арман, нападать на курсантку Академии, не проведя предварительного расследования и не созвав дисциплинарную комиссию? — донёсся доменя знакомый женский голос, наполненный ледяным гневом и едва скрываемой горечью.

Повернувшись, я столкнулась взглядом с четой Риль, чьи лица, словно высеченные из мрамора, казались воплощением вечного покоя и холодной справедливости.

— Аран? Ариана? Что вы здесь делаете? — недоумённо произнёс Кор явно озадаченный появлением семейства Риль.

— Я вызвал их, — ответил Зак, выступая вперёд из-за спины моего отца, ошарашенного произошедшим. — Не могу допустить, чтобы и сегодня, наказание понёс невиновный, а зачинщик конфликта остался в тени только лишь потому, что удачно родился в благородном семействе, члены которого всегда и во всём покрывают друг друга.

— Я всё ещё ваш ректор! — бросил Кор в бессильной ярости. — Так на каком основании курсанты первого года обучения позволяют себе подобные вольности в обращении со старшим по званию?

Ариана ответила тихо, но её слова пронзили тишину, как острый клинок:

— Быть может, ты сам виноват в этом, Арман? Дети устали от несправедливости, которая преследует их с первого дня. Они видят, как ты, словно слепой, защищаешь тех, кто этого не достоин, и отвергаешь тех, кто действительно нуждается в твоей помощи.

Произнесённые слова, казалось, повисли в воздухе, словно густой туман, окутывая ректора. Кор застыл, не в силах найти подходящий ответ, а его лицо неожиданно исказилось от боли и… стыда? Так неужели этот мужчина наконец осознал совершённую им ошибку?

Лекс при этом довольно усмехнулся, его глаза вспыхнули странным золотистым светом, словно отражая внутреннее сияние. Я вдруг почувствовала, как напряжение покидает моё тело, словно невидимые цепи, сковывающие разум, разомкнулись. Облегчённо выдохнув, я позволила возведённым ментальным щитам пасть, и они растворились в воздухе, оставив меня открытой перед тремя телепатами.