Книга Попаданка по вызову. Ведьма берётся за работу!, страница 17 – Мотя Губина

— А где все? — закрутила я головой, с интересом оглядываясь по сторонам. В моём понимании, в академии должно быть много народу, раз это учебное заведение…

— Мы сейчас в административном корпусе, — словно неразумной, объяснил Фриц, — а вышли из общежития для сотрудников. В этой части академии не учатся. Все лекции и тренировки проходят гораздо дальше, — он махнул рукой вперёд и вправо, — а так как сейчас утро, то все студенты и преподаватели в столовой на завтраке. Леди Мальмонель всегда приходит под самый конец завтрака, потому что дорожит своим временем.

Я только кивала, впитывая информацию. Наконец, меня оставили перед строгой белоснежной дверью и, пожелав удачи, скрылись за первым же поворотом. А я, глубоко вздохнув, направилась на близкое знакомство со своим работодателем.

— Войдите, — послышался уверенный голос из-за двери.

Я нажала на ручку и оказалась в идеально «правильном» кабинете. Именно так я бы его назвала, учитывая, что всё здесь было будто выстроено по линейке. Максимально удобно располагался шкаф с книгами — так, чтобы на него не попадали лучи света. Занавески висели на окнах складочка к складочке, с одинаковым расстоянием между друг другом. Половина пола была устлана строгим ковром серого цвета. Ворс был не длинный и не слишком короткий, а идеально средний, ровно подстриженный и умеренно мягкий.

Где-то на расстоянии двух третей всей длины комнаты возвышался массивный деревянный стол. Я окинула его профессиональным взглядом. Это была действительно очень хорошая работа! А ещё он был словно новый — на нём не было ни царапин, ни сколов, ни потёртостей, лишь лак, поблёскивающий в лучах утреннего света из окна. Создавалось впечатление, будто его лишь сегодня утром поставили в эту комнату, привезя прямо из мастерской.

И вот за этим монументальным столом сидела моя прямая работодательница.

Леди Мальмонель являла собой прекрасный пример деловой женщины. При моём появлении она подняла голову от бумаг, закрыла заполняемый до этого журнал, отодвинула его на край столешницы, затем осторожно положила ручку в корзину с пишущими принадлежностями и только после этого протянула руку в сторону кресла и любезно предложила:

— Мадемуазель Елена, садитесь, прошу вас.

Я неуверенно прошла в это царство порядка и идеальности и присела на кресло, стараясь ничего вокруг себя не помять. Ещё неизвестно, не выставят ли мне ценник после увольнения за порчу имущества. Ведь я надеялась, что правда смогу уволиться. И, желательно, сегодня же.

Пока я разглядывала окружающее пространство, меня поторопили.

— Мадемуазель Елена, — тонко улыбнулась женщина, — не забывайте, что у нас осталось меньше десяти минут на разговор. Точнее… — она сверилась с часами, — девять минут и сорок семь секунд. Я внимательно вас слушаю. Можете говорить всё, что хотите.

Получив это недвусмысленное пожелание, я постаралась собраться с мыслями и без предисловий попросила:

— Я бы хотела посмотреть условия моего договора. Дело в том, что я подписывала его в бессознательном состоянии, так что не помню ни конкретных условий, ни срока окончания этой работы. Не говоря уже о том, что я не знаю, какая будет зарплата.

— Надо же? Как жаль… — по лицу женщины можно было предположить всё, что угодно, но только не то, что ей действительно жаль.