Книга Брак по указу, страница 19 – Елена Шевцова

Таллия стиснула зубы и медленно выдохнула, стараясь сохранить самообладание. Чем она заслужила такое отношение? Разве это она просила Туманного князя выдать её замуж за дана Мара?

Таллия продолжала делать вид, что ничего не замечает, сосредоточив взгляд на серебристых узорах на своих руках. Ей казалось, что любое движение или слово может дать этим людям повод напасть. Она чувствовала себя чужой, беззащитной и никому не нужной в этом зале. Всё вокруг напоминало опасную близость хищников — стаи голодных саблезубов, готовых броситься на неё при первом неосторожном жесте.

Единственное, что удерживало их от нападок, было присутствие агентов тайной канцелярии, возглавляемых Киром. Его репутация и близость к главе тайной канцелярии внушали уважение и страх, не позволяя даже самым дерзким гостям перейти грань допустимого.

И сейчас Таллия впервые за всё время была по — настоящему благодарна своему будущему мужу. Да, о ней шепчутся, её пытаются унизить, но предусмотрительность Мара, пославшего сюда Кира, давала ей возможность хотя бы внешне сохранять спокойствие.

— А если это правда, я поддержу своего сына! — вдруг резко произнёс дан Макир, его взгляд впился в Таллию, и он продолжил говорить так, чтобы она точно услышала каждое слово: — Безродные и нищие в нашем клане мне не нужны! А детей без дара я, вообще, внуками признавать не собираюсь. Если потребуется, я подам жалобу в Магсовет!

Мороз пробежал вдоль позвоночника девушки. Внутри всё сжалось от боли и обиды. К горлу подступил ком, а на глаза навернулись слёзы. Она прикусила внутреннюю сторону щеки, чтобы не выдать своих эмоций, и незаметно выдохнула.

Не сейчас, не здесь… мысленно говорила Таллия сама себе. Ты не имеешь права показывать слабость! Не имеешь!

Собрав остатки сил, Таллия выдавила из себя слабую улыбку и слегка склонила голoву, словно внимательно разглядывая новые узорына своих руках.

— Я бы не рекомендовала тебе идти на конфликт с княжеским родом, Макир, — раздалcя голос другой даны, сидевшей справа от главы рода ри Курт. Её тон был холодным, размеренным, будто каждое слово заранее взвешивалось. Шатенка выглядела гораздо старше Маргариты, но была очень красива, утончённые черты лица придавали ей вид истинной благородной даны, а её тяжёлый, безжизненный взгляд, словно проникал в самую душу. — Времена изменились. Князь Тимар — это не князь Тирс. Другое поколение, другие нравы. — Она сделала короткую паузу, наблюдая за реакцией Макира, и продолжила: — Хочешь совет? Серьёзно поговори с сыном. Объясни ему, что в твоём клане нет места неодарённым отпрыскам. Если князь Тимар не разрешит разорвать этот фарс в будущем, всегда можно признать одарённого бастарда. В конце концов, если мой племянник сразу в день обряда указал… — жеңщина на мгновение замолчала, усмехнулась и бросила на Таллию равнодушный взгляд, будто смотрела на пустое место, — …своей так называемой невесте её истинное место, ты сможешь найти с сыном общий язык в этом вопросе. — Она откинулась назад и продолжила с заметной долей иронии: — Хочет князь поиграть в реформы? Кто мы такие, чтобы перечить ему? Но ты, брат мой, как всегда, слишком импульсивен и недальнoвиден.

Πоследние слова явно были колкостью в адрес Макира. Однако шатенка даже не пыталась смягчить их, а лишь бросила презрительный взгляд на Маргариту, сидевшую рядом с даном, намекая, что ей здесь не место.