Книга Омега для альф, страница 71 – Алисия Небесная

— Как вы умудряетесь быть таким спокойным? — спросила, не в силах больше сдерживать тревогу. Слова сорвались сами собой, как будто могла найти в них хоть каплю облегчения.

Сэм взглянул на меня. Его глаза были внимательными, не холодными, но тяжёлыми, полными того, что не могла понять — опыт, потеря, мудрость. Всё намешано в одном взгляде.

— Это их обязанность, — ответил спокойно, словно разговор касался чего-то обыденного. — Их с детства учат, что стая важнее даже собственных щенков.

Слова впились в сердце, оставив горький привкус. Как можно ставить кого-то выше своей семьи? Судорожно сжала пальцы на животе, чувствуя, как малыш шевелится, будто отзываясь на мою тревогу.

— Значит, я и наш малыш… просто часть уравнения? — выдохнула, чувствуя, как поднимается злость, смешанная с болью.

Сэм усмехнулся, покачал головой и медленно опустился в кресло, сложив руки на коленях.

— Нет, девочка. Вы — его сердце. — замолчал на секунду, потом добавил, глядя прямо в глаза: — Но вожак не может позволить сердцу управлять всем. Если он думает только о семье, стая погибнет. А если сохранит стаю — сохранит и свою семью.

Слова были как нож. Правильные, логичные, но от этого не менее болезненные. ОТвела взгляд в окно, где за стеклом темнел лес, скрывая и тревогу, и опасность.

— Значит, нам остаётся только ждать? — спросила, с трудом сдерживая дрожь в голосе.

— Ждать— это тоже часть битвы, — тихо ответил. — Не самая лёгкая, но важная.

Замолчала, пытаясь вцепиться в эту мысль, как в спасательный круг. Но сердце сжималось от страха.

— Он обещал вернуться, — сказала, будто сама себе.

Сэм кивнул.

— И он сдержит слово. Альфы такие. Могут проиграть бой, но не сдаются. Особенно когда речь идёт о семье.

Телефон зазвонил резко, прорезая тишину, как лезвие. Незнакомый номер. Сердце сжалось. Я знала, кто это.

Сэм бросил быстрый взгляд, но я уже поднесла трубку к уху, словно на автопилоте.

— Давно не говорили, Клэри, — голос Маркуса пронзил слух, холодный и скользкий, как яд. — Хорошо обвела меня вокруг пальца и убежала, но я всегда получаю своё.

Слова вонзились в грудь, как кинжал. Сердце застыло, и в тот же миг низ живота пронзила резкая, жгучая боль. Невольно опёрлась на стену, сдерживая стон, губы задрожали.

— Я заберу у тебя всё, Клэри, — продолжал с той же ледяной небрежностью. — И Кристиана, что так рвётся к тебе, и его брата, и твоих нерождённых малышей.

Мир поплыл перед глазами. Пальцы сжались на телефоне так сильно, что кожа побелела. Дыхание сбилось, боль накатывала волнами, будто вырывая меня изнутри.

Сэм мгновенно оказался рядом, его руки крепко обхватили меня за плечи.

— Что он сказал? — голос был как раскат грома, но я уже почти не слышала.

Боль стала невыносимой. Колени подкосились. Задыхалась, пытаясь удержаться, но всё вокруг начало темнеть. Сэм подхватил меня, его голос звучал всё дальше, как сквозь воду Дверь с грохотом распахнулась. Кристиан. Глаза полыхали тревогой, в следующий миг оказался рядом, подхватив меня на руки.

— Клэри! — голос пронзал, возвращая на мгновение к реальности. — Держись, слышишь? Держись.

Попыталась что-то сказать, но только тихий всхлип вырвался из горла. Мир сжался до одной точки — его лица, полного страха. Последнее, что почувствовала перед тем, как сознание померкло, — его руки, крепко прижимающие меня к груди, и горячий шёпот: