Книга Ягодная лоза, страница 100 – Тата Шах

Моя магия вопреки сложным законам мироздания вдруг потянулась к магии Малакара.

— Отдавай сколько сможешь. Не смей черпать до дна.

И вот он творит смертельные заклинания одно за одним, направляя в цель. Монстр сделал шаг назад. Его морда разделилась надвое, вторая половина отвалилась сосулькой, тело уже испещрено белоснежно-кровавыми проплешинами, но он продолжает стоять. Вдруг он прыгнул на нас. В последний момент над нами возник серебристый купол. Монстр отлетел в сторону, столкнувшись с препятствием. Его лапа рассыпалась изморозью, но он подскочил вверх, оттолкнувшись оставшейся лапой и хвостом кинулся на купол. Тот затрещал, разваливаясь. Сколько мощи скрыто в нем? Он убиваем?

Маг молниеносно переместил меня за свою спину и в момент, когда защитный купол пал, он завернул обе руки в ударе. Вздохнула глубоко, почувствовав, как моя магия ровной дугой устремляется за его руками. Замерла, боясь нарушить творимое заклинание. Руки мага ударили по жабьей морде. Вроде и расстояние сохранилось до нее приличное, но в тоже время все видели, как та начинает трескаться от многопудового морозного удара.

Малакар не остановил траекторию удара, не посмотрел на результат. Наша магия обогнула нападающих и врезалась вторым ударом в другого монстра. Этот удар заключал всю мощь гнева мага. К ней примешивался мой гнев. Так его! Второй монстр свалился с одного удара. Следующий удар добил его, окутывая толстым слоем льда. Такое проявление магии богини я видела впервые. Обычно самым ярким ее проявлением были снег, вьюга и редкие небольшие сосульки. В этот раз мы видели глыбу льда, разрушительную и прекрасную в своей стихии.

Ощутила, как магия во мне бунтует, подкрепляя заклинание мага, мечась во мне, словно маленький львенок. Я видела этого львенка, белоснежного и живого. Редкие рыжие полоски, окрашенные серебром, двигались на нем, создавая причудливые узоры. Выдохнула от восторга ипочувствовала легкое воздействие извне. Его руки превратились в нежный шелк, я продолжала тянуться за ними на инстинктах. Хихикнула колокольчиком, падая на твердую грудь. Сталь и железо издавали завораживающую вибрацию. Слышала, как мое горло повторяет эти звуки, в которых хотелось потеряться, раствориться.

— Вон! Все вон! — маг кричал в пространство, отдавая кому-то приказ. Сквозь него донеслось неуверенное.

— Так нельзя. Она только что потеряла истинного. Она не перенесет еще одного предательства, — брат зря пытался защитить меня. Я уже влипла.

Я не слышала других. Только его дыхание, его магия, льющаяся ровным потоком в меня. Она наполняла и подчиняла, заставляя испытывать эйфорию.

В какой момент я попала в другую реальность? Вокруг меня плыли батистовые простыни, приятно щекоча кожу. А она горела, заставляя выгибаться от чувственного контраста. Мороз магии и огонь его тела, моего тела.

Я подчинилась ему, следуя за природным инстинктом, забыв о том, что чувственные прикосновения должны дарить друг другу любящие сердца. В груди кольнуло, но через миг неуверенность потонула в оргазме. Там внизу все пульсировала в предвкушении и неистовом желании продолжения. Зачем нам суровая действительность, когда в этой реальности я чувствовала счастье.

Его объятия становились сильнее, мое тело принимало новую игру, устремляясь вместе с сердцем, как мотылек в пучину кратковременного счастья.