Книга Неугодная жена. Школа для бедных леди Эйтлер, страница 60 – Ирина Манаева

Когда мы будем возвращаться, я расскажу ей, что не следует делать какие-то бы ни было выводы, не зная положения вещей. А пока зову её за собой в другую сторону, а торговка бежит рядом, протягивая кулёк с нитками. Несколько клубков падают в грязь, но она словно не замечает этого, намереваясь умаслить мои уши своими речами. Только слово – не воробей.

- Благодарю, я больше не намерена брать ваш товар, - лишь заявляю на это, и она понимает, что бессмысленно стараться. Потому начинает поносить меня на чём свет стоит. Потому что я отняла у неё столько времени и сил.

- Афа, эти деньги мне дала девушка, с которой мы встретились, - предвосхищаю ей вопрос.

- Простите, леди Эйтлер, - чуть не плачет девчонка, а я беру её под руку, предлагая уйти, как можно дальше, чтобы не слышать ужасных криков.

Наши миры непохожи друг на друга и похожи одновременно.

Мой взгляд натыкается на маленькую сгорбленную старушку, сидящую у ворот покосившейся избы на небольшой лавочке. Неказистая довольно грубая пряжа лежит на тёмной от времени дощечке, пока сама старуха что-то плетёт из ниток. Конечно, её пряжа проигрывает той, что я только что хотела взять. Но то, с каким теплом она посмотрела на меня, как заблестели её глаза, когда мы остановились напротив, тронуло моё сердце.

- Сколько стоит, бабушка? – беру довольно грубый моток, и она тут же начинает нахваливать товар. А потом зовёт внучку лет тринадцати, которая приносит совсемдругие моточки, и я ахаю, принимая их в руки, потому что они сделаны искусницей.

Уходим от них мы довольные, да к тому же и цена совершенно другая, куда ниже той, что была озвучена десятью минутами ранее. Видимо, торговка, увидев моё платье, решила заработать.

Находятся и крючки, правда, не новые, но по мне так и лучше ложатся в руку.

В довесок ко всему выдают нам по аппетитному пирогу с капустой, и я с жадностью вгрызаюсь в мягкую плоть сдобы, чувствуя, как сладостно отзывается на языке выпечка. Совсем, как у бабушки.

Старуха посмеивается, называя меня внучкой, а Афа смотрит с удивлением. Наверное, раньше я никогда не позволяла себе есть что-то, выданное на улице. Я всё же леди. Но сейчас мне хочется быть собой.

- Очень вкусно, попробуй, - прожёвываю и говорю, а потом снова откусываю кусочек. И когда я думаю, что ничего не омрачит сегодняшний день, позади раздаёт противный голос Мэта.

- Так-так, вот, значит, вы где!

Сразу видно: Мэта здесь не любят. Вижу, как несколько человек смотрят волком в его сторону, а кто-то и вовсе плюёт себе под ноги в сердцах.

Он бесцеремонно хватает меня за локоть, как если бы я была его собственностью, и дёргает за собой. Даже не могла предположить, что в нём столько силы, потому что тут же по инерции делаю несколько шагов вслед, чуть не падая.

- Убери руку, - сопротивляюсь, потому что я не корова, которую только что купили. А он не имеет никакого права себя так вести. Надо ли говорить, что мы стали шоу для ярмарки, и вместо того, чтобы зазывать на товары, торговцы ждут, что будет дальше. Лишь один голос, принадлежащий слепому с протянутой рукой, что сидит в нескольких метрах от нас, продолжает заунывно просить милостыню.

- Нечего глазеть, - прикрикивает на собравшихся Мэт. – А вы, - говорит уже тише, - перестали бы мозолить глаза. Здесь много тех, кто захочет поживиться вашим добром.