Книга Сердце черного замка, страница 50 – Алана Алдар

— Отец ведь не просто так сюда нас привез, знаешь? Он бывал здесь давно еще, до твоего появления. Приезжал в этот лес на практику с наставником после учебы, рассказывал, что лес и правда был другим. Как услышал про черное проклятье, с тех пор хотел вернуться и все исправить.

— Что исправить? — Марта повернулась от стола, разглядывая родную, знакомую с детства фигуру.

— Лес исправить. Вылечить от черноты этой. Говорил, что знает, как. Потому и ушел тогда. Она ведь так мне и сказал на прощание: не знаю, вернусь ли, но Марту ни за что не увози. Поклянись мне, Эстер что не увезешь, как бы тяжело не пришлось, — повернувшись, она качнула головой, растерев плечи ладонями. — Вот я и поклялась.

— Он не сказал, как вылечить лес? — отчего-то этот разговор задел что-то в душе. Марта встрепенулась, чувствуя искренний интерес.

— Сказал, что нужно вернуть лесу украденное. Душу вернуть, — таким тоном это было сказано, что по телу Марты прошла дрожь.

— А кто украл? Душу? — пусть представить, что у леса есть душа было сложно, Марта росла при маге природы и земли. Отец все растения считал живыми и вполне мог верить, что у них есть душа.

— Он и украл, — спрятав взгляд, тихо прошептала Эстар, комкая в руках свой старенький передник.

— Ты не собираешься признавать очевидное? — Аэрн появился внезапно, застав задумчивого Ри врасплох. Маг сидел на скамье в оранжерее. Там, где обычно сидела Марта. Перебирая пальцами увядающие листы луноцвета, будто бы находился где-то далеко отсюда и мыслями, и душой. Впрочем, так все и было.

С тех пор, как Марта ушла, не обернувшись, характер хозяина бездны, и без того несахарный, только ухудшился. Он вечно был недоволен, часто даже зол. Магия отзывалась на эмоции и, будучи субстанцией темной, радовалась тому, что маг, наконец, дал слабину и теперь уж они вместе все сделают правильно.

Временами Риэрну становилось до того тошно от никчемности собственного существования, что хотелось сдаться на ласковый шепот Бездны.

— Давай наведём здесь порядок. Выпустим моих детей на волю. Почему ты живёшь изгоем, когда можешь быть хозяином. Всему. Каждому. Получить безграничную власть. А девчонка…

Риэрн встрепенулся, сморгнув морок. В том-то и дело. Он не хотел ни власти, ни господства. Только девчонку. Ему было вполне достаточно, если она вернётся и станет жить здесь с ним. По собственной воле, а не пленница, отданная на откуп победителю. Ему вообще больше ничего не нужно. Ни чести, ни славы, ни торжества справедливости. Только зелёные глаза, окутывающие теплом заботы.

— Зря ты ее отпустил, — так и не дождавшись ответа, Аэрн подошёл ближе, с задумчивостью разглядывая умиравший цветок. — Ты скоро зачахнешь, как этот куст. И мир нырнет в хаос. Из-за твоего эгоизма и трусости.

Риэрн подскочил, зло сжимая кулаки.

— Если бы я оставил ее здесь, замок бы выпил ее свет. Она почти умирала! И дело не только в луноцвете. Ты прекрасно знаешь, что именно амулет помогал девушкам принимать тьму, менять ее суть светом своих душ и отдавать всему вокруг уже преобразованной энергией жизни. Амулета больше нет. Марта не проживет здесь и полугода! — старик прекрасно все это знал. Зачем эти пустые разговоры? Пожертвовать ещё кем-то ради сохранности мира? Разве мало он этому миру уже отдал? И что получил взамен? Ненависть? Эти идиоты не нашли в себе решимости даже проверить, как там десятилетний ребенок один в лесу. Окрестили маньяком-отцеубийцей и преспокойно жили дальше за его счёт.