Книга Хозяйка таверны. Сбежавшая истинная, страница 61 – Алана Алдар, Мию Логинова

— Тира! —громкий голос Марты вернул меня на кухню. Она мягко вытянула нож из моих рук и указала глазами на дверь. Заняв собой вей дверной проем, в кухню заглядывал Совран.

Секунда, две — я не могла даже шевельнуться. Ноги словно приросли к полу, в ушах бил тяжелый пульс. Совран заполнил собой все, поглотив шум, свет, суету кухни, поймал мой, и я утонула в этой тьме, такой родной и недостижимой в последние дни.

Я медленно сделала шаг.

Потом второй.

Третьего хватило, чтобы сердце в груди начало сжиматься с новой силой, быстрее обычного, отдаваясь колким ритмом во всем теле.

Лицо моего ферна было уставшим, с резкими тенями под глазами, но взгляд — твердый, как камень. Он стоял и ждал меня. Мой Совран, живой и невредимый, и это знание хлынуло волной облегчения, такой сильной, что ноги стали подкашиваться.

— Баст… — все, что я смогла из себя выдавить. Сжала кулаки, чтобы подавить дрожь, стиснула зубы… а потом побежала. Совран, будто предугадав, широко раскинул руки, и в следующую секунду я уже утонула в его объятиях. Грубо обхватила его за шею, почти впившись пальцами в куртку, словно боялась, что он растворится, исчезнет.

— Где он? — выдохнула я, захлебываясь в слезах, позволив себе наконец быть слабой. Теперь можно. Теперь сильный и надёжный снова рядом. — Где мой сын?

Совран крепко прижал меня к себе, его дыхание коснулось макушки, теплое, родное.

— Наш сын, Тира. Наш, — его голос, низкий и хриплый, разорвал тяжелую пелену. — Баст жив, здоров. И твоя племянница тоже. Можешь начинать благодарить.

Эти несколько коротких фраз обрушились на меня волной облегчения, смывая боль, страх и невыносимое ожидание.

— Спасибо, — прошептала я сквозь слезы, уткнувшись ему в плечо. — Спасибо… ***

— Племянница? Моя? — я оглянулась, строгим поглядом заставив любопытных свидетелей нашей беседы вновь приняться за работу. — Здесь вам не приезжий цирк, ну! Совсем скоро открываемся, все должно быть готово.

Совран улыбнулся, устало, но тепло и, взяв меня за руку, мягко потянул из кухни. Я не противилась. Хотелось остаться с ним наедине, а еще лучше, убедиться в том, что сын дома. И поговорить, конечно.

Когда за нами закрылась дверь, отсекая суету кухни, я вновь повторила вопрос:

— Что за племянница? Кто его украл? Где ты его нашел? Как ты сам? У меня,— я перевела дыхание, — у меня тьма вопросов!

— Спасибо, — хмуро ответил Совран, как-то странно на меня глядя.

— Что спасибо? — так и не найдя объяснения, уточнила я.

— Я за последние три дня посетил три страны, пересёк пустыню, спас сына и нашел тебе племянницу. И за все это не заслужил ничего, кроме спасибо? Щедрая ты девочка, Тира. Теперь ясно, откуда у твоей таверны коммерческий успех. С таким-то прижимистым начальством…

— Я никогда не была прижимистой, — все мои волнения окончательно улеглись. Раз Совран шутит, значит все и правда хорошо... — А что кроме спасибо ты бы хотел?

Он наклонился. Я думала, что вот сейчас и покажет, чего хотел. Но вместо демонстрации ухо обжёг низкий шепот:

— Глупенькой ты тоже вроде никогда не была, котенок. Попробуешь угадать с трёх раз, чего бы я хотел вместо спасибо?

— Горячую ванну, стейк и ароматный чай?

По моей спине медленно поползла теплая, крупная ладонь. Едва касаясь позвонков, оставляя после себя горячий след, очертила контур бедра над тяжёлой тканью платья: