Онлайн книга «Академия Малхэм Мур. Мой сводный враг»
|
– Иди и переоденься. От одного твоего вида несварение. – Таким тоном отец говорит с неугодными: безапелляционный приказ, полный власти и уверенности в беспрекословном подчинении. Я уверен в обратном и прав в своих прогнозах. – О как… Так я могу не раздражать и вообще уйти, к обоюдной радости. Не будем играть в семью и притворяться. – Наглый взгляд и такой же тон рождают в голове вспышку бешенства. Я и так уже зол на отца и Гревье-старшую, а тут ещё эта решила показать подростковый бунт против системы. – Не можешь. Ты переоденешься и вернёшься за стол! – А если нет? – А если нет, я приволоку тебя силой! – Зачем, спрашивается, так себя вести? Требуешь уважения, а сама ни во что не ставишь заведённые порядки. Что за манера прийти в чужой дом и менять вековые устои под себя? Это ли не хамское отношение? Смотрит так, как будто не верит в мои угрозы. Зря, Люка. Очень зря. – А если не переоденусь? – Чем дальше этот диалог, тем больше вызовав голосе и позе Гревье. И тем сильнее хочется поставить её на место, заставить отнестись с уважением ко всему тому, что создала мама за годы брака и жизни в поместье. – Тогда я разорву эту безвкусицу прямо на тебе, чтобы больше не было соблазна ещё раз всё это на себя напялить. – Слишком откровенно и напоказ. Как будто на кастинг танцовщиц в известной направленности бар собиралась, а не на семейный ужин. – Да что ты заладил?! Какое тебе дело вообще? Ты мне никто! – Матери своей скажи об этом. – Это ведь она тут заправляет? Или думает, что заправляет теперь, отхватив лакомый кусок. ПРЕДВКУШАЮ её прозрение через полгодика. – Что тебе тут не нравится? Пусть забирает и валит. А пока ты живёшь в этом доме, разъезжаешь по городу на семейном авто и считаешься частью рода Мортимеров, будешь соблюдать приличия. В том числе не наряжаться, как низкосортная доступная девица. – Достал! Я приняла правила игры в Муре, держу рот на замке и не лезу, но здесь буду одеваться так, как хочу, и делать, что хочу. Поднимаюсь из-за стола, игнорируя, что Гревье пятится. Куда же подевалась твоя смелость? Плохая новость в том, что в нашем мире чёрта с два ты сможешь делать, что захочешь, куколка. – Твой последний шанс пойти и переодеться. – Мы стоим теперь друг напротив друга. Люка спиной упирается в стену, выкрашенную фактурной побелкой в бежевые оттенки. – Ты глухой или что? Я сказала нет. – Острый подбородок так вздёрнут, что вот-вот проткнёт мне грудь. – Я услышал. – Если бы она знала меня чуть дольше, уже бы поняла, что зашла дальше, чем стоило. По взгляду, тембру голоса и тому, как медленно делаю шаг вперёд. Резко протягиваю руку, хватая подол юбки, и со всей силы дёргаю вниз. Трещит замок или ткань. Со звонким ударом бьётся о пол оторванная пуговица. Я сижу на корточках, юбка чернильным пятном сморщилась у массивных подошв ботинок. Медленно поднимаю взгляд вдоль обтянутых колготками и гетрами ног. Стройные, выточенные ловкой рукой умелого скульптора. Почти идеальные. Столовую разрывает крик: – Какого хрена, мать твою! Поднимаюсь рывком, хватаю волосы в кулак, дёрнув так, чтоб запрокинуть голову. Всё внутри опаляет злостью. – Никогда не смей даже упоминать её! Ясно?! – Пусти! – Дёргается, но только делает хуже себе. Сильней сжимаю кулак. |