Книга Академия СКАТ: между нами космос, страница 84 – Мию Логинова, Алана Алдар

— Я не знаю.

— То есть как? Это же особенность твоей расы?

— Ну знаешь ли, особенность твоей расы не пережить приземление на Антарес. Ты знал об этом до вчера? — Йен начала заводиться. Это хороший знак, значит, уже передумала умирать. Все-таки это радовало меня. Что передумала.

— Туше.

— Я не знаю, как и от чего это работает. За время угнетения коренного населения истинных пар все меньше. Об этом мало и редко говорят, точно не пишут в газетах и, конечно, не исследуют в НИИ. А если и исследуют, то нас не посвещают, мы же бесправные.

— Уже нет, — технически уже шесть лет как нет. И за эти шесть лет кэттерианцы получили многое. Правда, в сознании людей так и остались низшей расой. Историческая память. Добрая половина Тритона считала их просто помесью человека и зверя. Такой симбиоз разумного и питомца. И относились так же. — Почему не Идан?

— И на этот вопрос не могу тебе ответить. Все происходит на каком-то высшем, совершенно неконтролируемом уровне. Многие пары живут всю жизнь, обычными всесоюзными браками, с проставлением порядкового номера в семейных архивах и обмена клятвами или ритуальными браслетами. Истинных союзов практически не осталось. Тоесть, я, например, за всюсвою жизнь о таких даже не слышала.

— А он? Идан знает, что как это… привязка? Эта вот связь случилась и не с ним? — Йен фыркнула.

— Я не говорила твоему брату, что изменила.

А, ну да. Привязка в момент сексуального контакта. Точно.

— Хорошо. Значит, чтобы не помереть тебе нужен физический контакт? — Стать любовником девушки брата на постоянной основе. Странные отношения. Идан, конечно, не захочет, чтобы Ашхен умерла, но… я бы на его месте не смог спокойно жить с девушкой, зная, что ее обкатывает мой братец. Это какая-то шведская семья уже. — Насколько регулярный?

Я что в самом деле звучу так, как будто мы сейчас обсуждаем условия этой… сделки? С другой стороны, нужно как-то дожить до воссоединения с остальной частью группы. Думать о том, что соединяться уже не с кем, я отказываюсь.

— Не знаю. Нет, не обязательно секс. Наверное… — даже не знаю, что испытал от этого “наверное” то ли облегчение, то ли что.

— Ты все еще девушка моего брата, Йен, — мне не хотелось, чтобы она решила, что я отказываюсь… что? Спать с ней ради сохранения жизни? Квазар, звучит мерзко. Как будто я какой-то антидот. Секс как привика, твою звезду.

— Технически нет, мы расстались.

Вот это новости. Я догадывался, что между ними пробежал какой-то грызун, но чтобы совсем.

— По чьей инициативе. Твоей или Идана? — Йен отвела взгляд и это было куда красноречивее любого ответа.

— Моей.

— Это ничего не меняет. Идан тебя любит и я не могу… — я осекся. То есть один раз ради победы мог, а теперь ради выживания нет? Даже если не ради победы, а по необъяснимой прихоти — все равно звучит ужасно. — Мы должны что-то придумать вместе. С Иданом, когда вернемся. В первую очередь сказать ему правду. Всю правду. Вдвоем.

Ашхен сглотнула.

Твою звезду, я тоже до ядерного взрыва боюсь этого разговора, но прятаться всю жизнь, тем более при новых вскрывшихся обстоятельствах, просто нереально.

— Что там за “ментальный контакт”? — Это меня пугало куда больше физического. Йен красивая и очень соблазнительная. Я хорошо помнил нашу “ошибку”. В красках, до вспышех дрожи и отголосок судорог. И я хотел повторения, чего скрывать. Наверное, не будь она кошкой и девушкой брата, повторил бы пару раз… Но вот ментальный контакт звучало в самом деле страшно. Как будто нужно впустить еев себя. В голову? В нутро? Вот на это я точно не готов ни с кем. Это слишком. Рискованно. Слишком личное.