Книга Элла. Заметки тёмной судьбы, страница 93 – Мила Шедер

Я забилась в руках парня, пытаясь увернуться от этой пытки, но он держал меня крепко, позволяя другому адепту, стоявшему рядом, беспрепятственно выливать содержимое небольшого флакона на меня.

Боль была невыносимой. Я кричала сквозь кляп, дергалась, пыталась оттолкнуть их, но все было тщетно. Они наслаждались моей беспомощностью, купаясь в моей боли. Их лица светились злорадством, когда я корчилась от мучений. Я схватила своей рукой руку парня, что не желала меня отпускать. И в этот раз закричал он, отшвыривая меня в сторону. Я с ужасом увидела, как на его руке, в том месте, где я коснулась, проявился черный, обугленный след, словно выжженный клеймом. Кожа вокруг почернела и сморщилась, источая едкий дым.

Пока он возился с рукой, другие адепты в панике разбегались в разные стороны.

— Меня что-то укусило! — взвизгнула одна из девушек, хватаясь за предплечье. Она таращилась на крошечное, едва заметное красное пятнышко, которое мгновенно распухало, превращаясь в болезненный волдырь.

— Что происходит?! — заорал главарь, прижимая повреждённую руку к груди.

В этот момент еще несколько адептов начали хвататься за разные части тела, крича об укусах и жжении. На их коже, словно по волшебству, проявлялись крошечные, но стремительно увеличивающиеся, волдыри и язвы. В хаотичной суматохе никто не понимал, что происходит.

И только я, сквозь пелену слез и жгучую боль, видела крошечную тень, стремительно мелькающую между адептами. Моего маленького тёмного защитника.

Собрав остатки сил, я подползла к стене, пытаясь высвободиться от кляпа. Пальцы дрожали, плохо слушались, но я не сдавалась. Отчаянно дергая за концы веревки, я наконец-то смогла ослабить узел и выплюнуть тряпку.

Паника среди адептов достигала апогея.Визги, крики, проклятия – всё смешалось в какофонию ужаса. Они шарахались друг от друга, словно зараженные, пытаясь стряхнуть с себя невидимую угрозу. И в конце концов, бросились врассыпную, толкаясь и сбивая друг друга с ног. Никто не хотел оставаться в этом проклятом месте ни секундой дольше.

Кода, смущенно переминаясь с лапки на лапку, несмело приблизился ко мне. Его огромные, небесные глаза, обычно полные озорного блеска, сейчас были наполнены искренней тревогой и сочувствием. Он смотрел на меня так, словно сам чувствовал мою боль.

— Тебе больно, — тихо и неуверенно произнес он, словно боялся сказать что-то не так.

Слова застряли у меня в горле. Я просто кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Слезы градом покатились по обожженному лицу, смешиваясь с остатками едкой жидкости.

Не медля ни секунды, Кода подбежал ко мне и обнял, насколько позволяли его маленькие ручки. Это темное создание, само порождение тьмы, дарило мне сочувствие и жалость – то, чего я не получила от людей, проявивших ко мне такую жестокость. Горечь обиды сдавила горло.

Рыдания сотрясали меня. Я плакала навзрыд, не в силах сдержать эмоции. Плакала от боли, от унижения, от осознания того, как низко пали мои враги. Плакала от благодарности к этому маленькому существу, который не оставил меня в беде.

В его молчаливой поддержке я нашла утешение и силу.

— Спасибо, что помог мне, — прошептала я. — Спасибо, что вернулся.

Кода прижался сильнее, словно понимая, насколько мне сейчас плохо.

— Защита Академии сильная… была. Когда прибыли другие человечки, я смог проскочить.