Книга Оборотни Сибири, или Пленница медведя, страница 23 – Лира Кац

Гордей её понимает. Он здоровается рукопожатием с Доком, а Марго чуть приобнимает.

Они уходят в дом, а я остаюсь на лежаке, пытаясь “сохранить лицо”. Надо притвориться, что я ничего не помню. Гордей что-то хочет от неё, сказал бы что именно, мне было бы легче. Она явно действует против нас с ним, против меня, но при этом старается угодить ему. А Док. Он, наверное, самый непонятныйтип во всей их компании. Он хочет угодить и там, и там. Она его сестра, а Гордей близкий друг? Или кто? Почему у него такая преданность ему?

Я тоже иду в дом, подхожу к гостиной, где расположились “гости”.

— О, ты вовремя, милая. — приветливо и сладко улыбается девушка. Её белые, длинные почти до пояса волосы распущены, с одной стороны она перекинула локон за голое плечо, на котором не было ни бретелей, ни рукава. Платье несимметричной формы облегало её в самых выгодных местах.

— Выпей это. — протягивает мне пробирку с прозрачной жидкостью, а я смотрю на Гордея. Не хочу я это пить. неужели он не видит, что она его обманывает?

— Ну же! — настойчиво нажимает голосом она.

— Это средство нейтрализует вызванный искусственным путём запах пары. — мрачно добавляет Гордей, а я мотаю головой, испуганно глядя на него. Это она так сказала, а на самом деле это может быть всё, что угодно. И вообще меня искусственно никто парой не делал!

— Гордей, я хочу поговорить. — смотрю на него с надеждой, но он ломает мои попытки достучаться до него.

— Пей, Аля. — твердой рукой отбирает пробирку у Марго и одной рукой усаживает меня на стул. — Пей сама или мне придется применить силу.

Всё равно же вольёт, я жмурюсь и приоткрываю губы. Чувствую как прохладное стекло касается их, как жидкость без цвета и запала проникает в горло.

Вроде ничего страшного не происходило, Гордей, сжимающий моё плечо, слегка поглаживает в месте, где надавил.

— Что дальше? Как оно действует? — его вопрос звучит для беловолосой, но она не стремится отвечать, смотрит на меня так проницательно, словно пытается залезть в мою голову.

— Сними с неё блок Гордей. Я…

— Нет. — сразу отрубает он.

Я их едва понимаю, это что-то сугубо их, оборотней. Нет, они говорят по-русски, но говорят так, что только им ясно, что они имеют в виду. Интересно, она кто, тоже медведь? Или у них и другие животные бывают? Я её не меньше, чем змеёй, вижу, если уж сравнивать с животными. Та медведица была совсем другая. Агрессивная, да, но не подлая, не хитрая, как Марго.

Я всё ещё сижу, понимаю, что все чего-то ждут. Что она мне дала? Сделала своё средство, которое лишит меня притягательности для Гордея? И что он сделает, когда я перестану интересовать его? Страх выплескивается в сознание с такой силой, что я вздрагиваю. Он же отдаст меня убить. Как лишнего свидетеля. Боже, что я натворила! Надо было всё рассказать!

— Гордей… — шепчу я. — Нам на… до… по-го-во-ри-ть…

Слова тонут в бессвязной речи, я испуганно смотрю на него и вижу в глазах тревогу.

— Аля? — хватает меня на руки и несёт куда-то. Кроме речи, у меня что-то и со слухом, я слышу то сильно громко, то словно издали, то как будто нахожусь под водой, уши закладывает, я лежу беспомощно на его руках.

— Не смей! — кричит она с искривленным лицом, я вижу её так отчетливо, эти горящие зеленым огнем глаза.