Книга Тюремщица оборотня, страница 13 – Ли Литвиненко

— Почему только две? — неучтиво спросилаМина.

— Тебя что-то не устраивает? — спросил Детри Зог, не отрываясь от своих вечных бумаг.

— Меня? — неуверенно запнулась Мина, поняв, что мистер Детри дал ей две монетки не по ошибке, а от жадности.

Он наверняка положил третью себе в карман. Как говорит тятя Тобиас: «Деньги никогда не бывают лишними». В ответ на такую наглость Мина… смирилась.

— Меня все устраивает, мистер Зог.

— Вот и ступай. Работай, — больше он не обращал на неё внимания.

Судьба в виде мистера Зога снова пребольно пнула её под зад. Выйдя из ненастоящего кабинета, Мина показала язык закрытой двери и поправила под плащом торбу с контрабандой.

— Вот возьму и накормлю вашего оборотня запрещенными продуктами, — зло решила девушка, и на душе сразу стало светлей.

Открыв клетку, она не стала сразу спускаться вниз. Как бы Мина ни хорохорилась, а снова оказаться наедине с людоедом ей очень не хотелось. Перебрав свои обязанности, она, кажется, придумала, как свести к минимуму общение с узником.

Под небольшим навесом стояли чистые ведра. Повесив торбу на крюк, прикрученный к решетке, Мина подхватила одно из них и отправилась за водой. Крутя тяжелый колодезный барабан, она размышляла, что сначала поставить оборотню: тарелку с кашей или кувшин с водой?

— Ты что, заснула? — напугал её неожиданный окрик.

— Нет, — ошарашенно ответила девушка и повернулась.

Ее окрикнула худая и длинная, словно жердь, бабуся, одетая в темно-синее форменное платье прислуги замка и белый, не первой свежести передник, подоткнутый за пояс. Её вытянутое как у лошади лицо покрывали глубокие морщины. Увидев шрамы на коже Мины, она от неожиданности ойкнула, но быстро опомнилась и продолжила свою бойкую речь.

— Тогда крути быстрее, не создавай очередь. И если думаешь, что я сбегу, побоявшись заразиться, то ошибаешься. — Бабка уперла руки в бока. — Я вас, проклятых, не боюсь. Точно знаю, когда язвы зажили, то заразы в вас больше нет.

— Откуда? — удивленно спросила девушка.

— Я-то? Из Кагордовки. — И, видя непонимание в глазах девушки, пояснила. — Деревенька, в трех переходах от города. Родилась я там, и считай, всю жизнь прожила.

— А-а-а-а, — поняла Мина. — А про заразу?

— Так у нас в Кагордовке мужичок один дочку прятал, такую же, как ты, проклятую. — Бабка, не стесняясь, плюнула черезплечо и весело нарисовала в воздухе охранный знак.

— Зачем прятал?

— Так говорю же тебе, дуреха, проклятая она, дочка его была. Вот и прятал. Чтоб не узнали и не увезли.

— Не увезли? — оживилась Мина.

Мысль, что где-то, совсем недалеко, всего в трех переходах, живет девушка, такая же, как она, внезапно обрадовала.

— Увезли… — вздохнула бабка. — Но за несколько лет, что она рядом жила, никто не заболел.

Несмотря на униформу, собеседница Мины вид имела весьма специфический. У неё были цепкие пальцы и взгляд. На все, что попадало в поле её зрения, старуха смотрела оценивающе, будто прикидывая в уме, сколько стоит. Темный платок на голове был намотан небрежно, и если бы ей завязали один глаз, то бабка здорово смахивала бы на пирата.

— «Шельма», — говорил дядюшка Тобиас о таких людях.

Мина и шельмовка грустно помолчали еще какое-то время, каждая по-своему переживая судьбу той, другой девушки.

— Да что ты мне зубы тут заговариваешь? — вдруг опомнилась старуха. — А ну, отойди от колодца, мне вот, — махнула она ведрами. — Воду срочно нужно на кухню отнести.