Книга До самой смерти, страница 264 – Миранда Лин

– Есть один способ, – признался Реверий, наполняя пространство своим властным голосом. – Но всякая магия имеет цену.

– Так заплати ее! – сорвалась она.

– Зачем мне это делать? Может, меня зовет Эфириум, Охотница.

– Тогда заключи со мной сделку, – потребовала она, подходя ближе. – Позволь попытаться спасти миры, которые ты так легко обрекаешь на страдания.

– Назови свои условия, Охотница, – сказал бог, и его очертанияслегка потемнели.

– Отправь меня обратно, и я заплачу цену. Какой бы она ни была.

– Пэйша! – хором окликнули Эзра и Орин.

Эзра продолжил:

– Исключено.

Я осторожно подошла к ней.

– Ты же не всерьез, Пэйша. Это слишком опасно.

Она обернулась, сверкнув глазами.

– Все умрут, Дева. Все. Не просто умрут – прекратят существование. Ты, я, Орин, Эзра, наша семья. Синдикат, все души во всех мирах. Если он говорит правду. Скажи, что не пошла бы на такую же сделку, не заплатила бы любую цену ради их спасения.

Конечно она была права.

Очертания Реверия дрогнули, и разноцветные глаза Пэйши затуманились, приобретая золотой оттенок.

– Что происходит? – Я помахала рукой перед ее лицом, но она не шелохнулась.

Ро шагнула вперед, и подол шелкового платья зашуршал по гниющей земле.

– У них личный разговор.

– Нет, – выдохнул Эзра. – Не позволяй ей на это согласиться, богиня. Какими бы ни были условия, пусти меня вместо нее.

Ро покачала головой с жуткой неземной улыбкой.

– Это не нам решать.

Охотница с громким вздохом отшатнулась, и свет в ее глазах померк.

– Я согласна на твои условия, Хранитель, – сказала она, глядя только на Эзру.

– Какие условия? – потребовал Орин, бросившись к Пэйше. – Что ты сделала?

Но прежде чем он подбежал к ней, прежде чем ее удалось остановить, она развернулась, отступила на шаг. Прошептала:

– Прости. – И растворилась во Вратах Аврелиан.

– Назови мне условия! – взревел Эзра, сжав кулаки. – Что она наделала, черт возьми?

Но Хранитель не ответил. Его бесплотная форма вспыхнула, и он исчез. Ро провела рукой по сгустившимся теням на земле, а затем кивнула и рассеялась вслед за своим любимым богом.

Мы стояли ошеломленные, и каждый вдох давался с трудом. Смотрели на Реквием сквозь врата и гадали, что же сейчас произошло и на что согласилась Пэйша. А потом, спустя всего мгновение, Эзра сорвался с места и устремился к порогу врат Аврелиан, зовя свою любимую.

Орин бросился наперерез, но не успел. Однако Эзра не исчез, как Пэйша. Не унесся в бездну и не превратился в тлеющие угли. Он преображался: его силуэт сиял все ярче и ярче и становился все больше, пока Эзра не предстал в ореоле золотого света, совсем как Реверий. Я отшатнулась, широко раскрыв глаза и чувствуя, как леденеет кожа.

– Я…Я помню, – произнес он, рассматривая свои большие ладони, а затем, нахмурившись, опустил голову. – Я все помню. – А потом исчез.

Я молча уставилась на Орина. Меня осенило. Эзра не простая душа. Он был богом.

Три месяца спустя.

Мы ничего не слышали о том, как Пэйша вернулась домой. На какие бы условия она ни согласилась, какой бы путь ни выбрала, Реквием не пал. Я так долго беспокоилась о ней. Как одержимая пыталась узнать, где она оказалась. В конце концов мне пришлось отступить. Довериться ей, как она просила однажды. Но все же ее таинственная сделка не давала мне покоя.