Книга Менеджер Нагибко, вы робот? Часть 4, страница 14 – Юлия Жукова, Елизавета Шумская

— Огнян заберёт.

— А, точно! — образовался Саша и погрузился в выбор блюд. Потом вдруг отвлёкся и уставился на меня.

— А тебя не будет смущать, что я ем, а ты не можешь?

— Да передо мной всё время все едят! — фыркнула я. — Хорошо хоть обычно не угощают.

Я тут же вспомнила коктейль в том клубе и отвела глаза. Саша, похоже, тоже.

— Да-а, вот это неловко вышло, — заметил он и усмехнулся. — Кстати, а что ты вообще делала у Ермолаева в клубе? Ты к нему приходила?

— У Ермолаева? — я похлопала ресницами. — Подожди, это что, тот самый клуб, про который его жена ему на демодне мозги песочила? Бли-ин, а я ещё гадала, откуда он там взялся! Да и ты… Блин, ты подумал, что я с ним там встречалась, что ли? — Я схватилась за голову. — Я просто потанцевать пришла!

— Блин, — произнёс Саша со странным выражением, как-то слишком сильно артикулируя. — Так забавно, такая архаика.

— А! — спохватилась я. — Это словечко из моего времени…

— Знаю, — улыбнулся он. — Попадалось в книжках и старых записях. Просто любопытно, у тебя язык современный, но иногда проскакивает что-то такое… с налётом земной старины. Наверное, мозг подсовывает привычные слова в лакуны в цифровом словаре.

Я об этом как-то не задумывалась, но если вспомнить историю с бутылочным горлышком, которую не знал Скрепыш, то это походило на правду. В конце концов, современный язык и правда звучал для меня совершенно привычно за небольшими исключениями, а за сто пятьдесят лет да ещё с учётом пространственной удалённости он точно должен был измениться.

— Я закончил, — сообщил Евстигней, и я подняла глаза, чтобы осмотреть своё старое тело. Бр-р. Это ведь я так выглядела до недавнего времени… И как не рехнулась? Жесть, мало того, что скафандр в стиле кубизм, так ещё и со стороны выглядит намного больше, чем я себе казалась. Вон спина как выступает!А я думала, она ровная. И затылка почти нет… Господи, какая жесть… А как я эти ноги под юбкой прятала? Да все небось решили, что у меня какие-то нищебродские протезы самопальные, просто вежливо отвели взгляд…

— Ася! — Рогозин пощёлкал у меня перед лицом пальцами. — Очнись, нам надо вставить ему в голову кьюбер.

Стоило ему это сказать, как Евстигней проворно ухватил сиротливо стоящий на столе выключенный кьюбер и примерился запихать его в голову Херакла.

— Э! — Саша вскочил. — Подожди, дай сюда, это ответственная операция!

— Именно поэтому её следует выполнять специальному оборудованию, — невозмутимо сообщил Евстигней. — У людей руки имеют свойство трястись, покрываться скользкой жидкостью и непредсказуемо дёргаться. — С этими словами он выдвинул из пальца отвёртку, воздел её к потолку и поймал гранью лучик света, чтоб блеснула. А потом засунул мне в голову. То есть Хераклу. Там зажужжало.

— А салазки… — начал Саша.

— Доставил в комплекте, — сообщил Евстигней. — Готово.

Саша растерянно развёл руками, повернувшись ко мне.

— Это нормально, что он людей не слушается?

— Только меня, — рассеянно кивнула я, наслаждаясь представлением. — А то на складе каждая собака пыталась ему приказывать, ничего не понимая в рабочем процессе.

Руки Рогозина из растерянного жеста перетекли в агрессивный, уперевшись в боки.

— И что будет, если ты, скажем, уйдёшь из компании?

— Куда я уйду? — я обернулась к нему, наконец оторвавшись от созерцания Херакла. — У меня даже удостоверения личности нету.