Книга Менеджер Нагибко, вы робот? Часть 4, страница 106 – Юлия Жукова, Елизавета Шумская

— Ян Белёвский, — с нескольким снисхождением ответил красавчик.

— Да, дейсдарь Белёвский, не ущемляет ли вас начальник?

— Ну что вы, — покачал головой тот. — Он часто отпускает меня на фотосессии и пробы. Понимаете, я хочу стать профессиональной моделью и уже есть немалые успехи, вот девочки не дадут соврать.

— Да-да, Янчик у нас талант! — запищали девочки.

— Давайте ближе к Ошивалову, — всё-таки поморщился Калинкин. И тут же улыбнулся, чтобы не портить впечатление.

— Ну а что он? Его не так часто в офисе встретишь, чтобы я переживал, что ухожу. На вижулик-то ответить откуда угодно можно. Вот помню на прошлой фотосессии…

Инспектор понял, что через эту стену ему не пробиться, и повернулся к выглядящему максимально неуверенно пареньку.

— А вы давно работаете в этом отделе?

Тот затравленно на него посмотрел и, помявшись, ответил:

— А можно я не буду говорить? Я мало что знаю и всегда всё путаю.

Калинкин подумал, что возможно, в груде золота нашёл бриллиант.

— Уверен, вы преуменьшаете свои таланты. Сколько вы здесь работаете?

— Да уже с год уже. Пришёл после института, — парень потупился.

— Костик, ну чего ты стесняешься? — Анфиса пихнула его в бок. — Тебя же Егор Миронович постоянно хвалит! Даже кружку с надписью «Наследник» подарил.

Костик глянул на кружку, которую держал в руках, залился румянцем и пробормотал:

— Просто я этого не заслуживаю. Я действительно очень мало что понимаю. Я так-то на логиста учился. Но Егор Миронович сказал, что способности у меня вовсе не в этом. А вот маркетинг — да. Я, правда, очень стараюсь, но долго разбирался что да как. И сейчас ещё плаваю.

— А вам самому нравится работать в маркетинге? — уточнил Калинкин.

— Ну-у… понимаете, я — главная надежда Егора Мироновича, — парень ужасно смутился и покаянно глянул на коллег. — Он сам так говорит, мол, я его не подведу, у меня все получится и он видит потенциал. Вот кружка опять же…

— Понятно, — инспектор покосился на прижатую чуть ли не к сердцу чашку. — А какие у вас обязанности?

— Ну-у разное. Егор Миронович сказал, что узкая специализация — удел слабых. Настоящий мужчина должен уметь всё. Поэтому я ещё и с журналами коммуницирую, ну там баннерами обменяться или статью какую тиснуть, картинки иногда верстаю, отчёты и презентации делаю, помогаю с организацией всяких мероприятий время от времени. Ну и там всякое…

— И дача ещё, — раздался женский голос, хотя все дамы молчали.

Калинкин подскочил на стуле и стал оглядываться.

— Это Лилиана, — разулыбавшись, пояснила девушка, одетая во что-то типа пижамы. — Наш искин.

— О! Она у вас участвует в совместных обсуждениях? — уточнил инспектор.

— Конечно! Лилечка — важный член нашего коллектива! — возмутилась носительница пижамы. — Да без неё мы бы давно рехнулись!

— Она нас так понимает! — добавила Анфиса. — Так поддерживает! Искренняя, эмоциональная! Она во сто раз душевнее, чем все эти рыбы с верхних этажей!

Люди вокруг закивали, и Калинкин понял, что это какая-то больная тема.

— А можно с ней познакомиться? — он вздохнул. — Мне бы тоже не помешала поддержка.

Инспектор состроил унылую мину, показывая, как тяжела его ноша. На лицах «орлов» отразилось сочувствие.

— Только ничего с ней не делайте! — девица в пижаме, пожалуй,единственная смотрела подозрительно. — А то были прецеденты! Чуть не стёрли её личность, нелюди!