Книга Административный ресурс. Часть 1. Я вспомнил все, что надобно забыть, страница 66 – Макс Ганин

С Юлей же, наоборот, он отдыхал душой и наслаждался их болтовней обо всем подряд. Они выяснили, что у них очень много точек соприкосновения, общих подходов к различным темам и проблемам, схожие вкусы и похожие мнения. Гуляя по горным районам Чечни неподалеку от лагеря воинской части, они радовались каждому проведенному совместно мгновению и, расставаясь, всякий раз обещали друг другу скорую встречу.

В один из выходных,когда у Гриши не получилось улететь в Грозный, он уехал на дачу к родителям, где во время прогулки с собаками встретил соседку тетю Машу. Она уже давно покинула Россию и жила с мужем в Лондоне, редко посещая родину, поэтому, увидев ее, он сильно удивился. Она считалась одной из самых красивых женщин в поселке и в этот раз, как обычно, потрясающе выглядела. Ей никак нельзя было дать сорок семь — максимум тридцать.

— А я к тебе приехала! — сходу заявила Мария, подойдя вплотную к Тополеву, и сняла солнечные очки. Он тут же обратил внимание на жуткие синяки под глазами, дающие понять, что она много и часто плакала и редко спала

— Что случилось, тетя Маша? — взволнованно спросил Гриша.

— Мы же договаривались с тобой еще пять лет назад, чтобы ты не называл меня тетей! Помнишь?

— Конечно, помню! — улыбнувшись, ответил Григорий. — Чем я могу помочь?

— Я слышала, что ты часто бываешь в Чечне, знаешь тамошних полевых командиров и дружишь с Фабзоном. Это так?

— Ну, я не дружу с Иосифом Давидовичем, я на него работаю. Но имею возможность обратиться к нему лично. А что надо сделать?

— А чеченцы знакомые у тебя там есть?

— Есть, конечно. А что надо-то?

— У меня Юру похитили и увезли на Кавказ! — задыхаясь от накативших слез, произнесла Мария и бросилась Грише на грудь.

Тополев стоял, как вкопанный, в шоке от услышанного. Юрка — сын тети Маши — был его другом детства. Они, правда, уже давно не общались, но он слышал от общих знакомых, что тот стал профессиональным фотографом и работал корреспондентом в одном из крупнейших московских издательств.

— Он пропал в Москве еще полгода назад, — начала повествование Маша, немного успокоившись. — Со мной в Лондоне довольно быстро связались какие-то чеченцы и объявили выкуп за сына в сто тысяч фунтов стерлингов. Они прислали мне видеокассету с записью, на которой Юра сидит на стуле в какой-то темной комнате и просит меня выполнить все их требования. Он был сильно избит и изможден. Я, естественно, тут же обратилась к мужу. Мы люди обеспеченные и в этот же день перечислили по их реквизитам объявленную сумму. Они обещали перезвонить, как только придут деньги. Но ни через день, ни через неделю, ни через месяц звонка не последовало. Я пыталась сама найти похитителей, но тщетно: номера, по которым они звонили,были выключены. Я обращалась в английские силовые ведомства. Они ответили мне, что не могут вести свою деятельность на территории России. Тогда я приехала в Москву и побежала в ФСБ. Там мне пообещали помочь, но дело так и не сдвинулось с мертвой точки. Они даже не знают, жив мой сын или нет! А тут я случайно услышала, что ты работаешь в чеченско-еврейском банке, мотаешься по делам в Грозный и лично знаком с Фабзоном. Я не могла к тебе не обратиться! Ты моя последняя надежда! Если и ты не сможешь найти Юрочку, то никто не сможет… — Она снова заплакала и отвернулась, чтобы Гриша не видел ее некрасивой.