Книга Административный ресурс. Часть 1. Я вспомнил все, что надобно забыть, страница 31 – Макс Ганин

— Да, но при этом, если я не смогу угадать минимум недели и реально купить валюту, мой отдел и банк окажутся в минусах, причем может так случиться, что в больших! — поделился своей озабоченностью Гриша.

— Ну и что? Для меня разницы никакой нет! Я из одного своего кармана переложу деньги в другой, причем еще и заработаю на этом, не уплатив налоги.

— Для вас-то да, но для менякак сотрудника разница огромная! Я получаю бонус от прибыли, а вы меня этой схемой его лишите…

— Так ты учитывай эти сделки отдельно и в расчет своего финансового результата не бери. Скажешь всем, что я разрешил. Так пойдет?

— Так пойдет! Так выглядит элегантно. Мы сможем за счет этой схемы еще и сверхприбыль минимизировать, если таковая случится.

— Правильно мыслите, молодой человек! Ну что? Принимается?

— Да! Когда приступать? — улыбаясь, воодушевленно поинтересовался Тополев.

— Я думаю, недели через две-три приступим, — прикинув в голове возможные сроки и немного подумав, ответил Борис Абрамович. — Я тебя еще позову к себе для окончательного утверждения. Надеюсь, не надо объяснять, что наш разговор должен остаться тайной для всех. Не только для сотрудников банка, но и твоих близких родственников.

— Понимаю… — утвердительно кивнув и немедленно убрав улыбку с лица, ответил Гриша.

Вскоре объем сделок по Аэрофлоту, «Акрону» и «Дорогобужу» увеличился в разы. Непосредственный куратор дилинга и заместитель президента АвтоВАЗбанка-Москва Вадим Михайлович Чудинов никак не мог понять, почему при балансовых убытках вверенного ему подразделения дилеров не только не увольняют с работы, но и продолжают выплачивать им нехилые премиальные за якобы отличные результаты торгов. Он несколько раз заикался об этом на правлении, но каждый раз получал ответ от Березовского, что это не его дело, а в последний раз вообще услышал роковую для себя фразу «Не суй свой нос в те дела, в которых ты не соображаешь!», после которой был уволен.

Весной 1997 года Грише в банк неожиданно позвонила мама. До этого она практически никогда не беспокоила его в рабочее время, прекрасно понимая занятость сына. Голос у нее был озадаченный и слегка встревоженный. Задав дежурные вопросы о здоровье и делах, она попросила его как можно скорее приехать к ней в офис. На вопрос «Что случилось?» она ответила многозначительной паузой и интригующе пообещала рассказать подробности при встрече. Григорий обязался прибыть сразу же после работы.

В кабинете матери его дожидался друг семьи — полковник ФСБ Олег Сырников. Высокий, больше двух метров, он инстинктивно горбился, чтобы казаться не таким могучим на фоне низкорослых генералов его ведомства. За ним даже закрепилось прозвище «длинный».Он работал в управлении Т — безопасность на транспорте — и курировал в том числе Аэрофлот. Будучи настоящим патриотом своей страны, он не мог спокойно смотреть на то, как ее безбожно грабит Березовский. Так как у олигарха на самом верху его ведомства были приличные связи, Олегу приходилось вести свое расследование в тайне, не привлекая внимания. Он прекрасно знал, что сбор доказательной базы на Бориса Абрамовича может обернутся против него не только увольнением, но и потерей жизни. Взвесив все за и против, он решился обратиться за помощью к сыну лучшей подруги своей жены, понимая, что может подвергнуть риску как его, так и всех его родственников. Но тем не менее он позвонил Екатерине и попросил о встрече. По невероятному стечению обстоятельств Тополев оказался единственным источником информации в окружении Березовского и мог знать о возможных махинациях подозреваемого магната.