Книга Административный ресурс. Часть 1. Я вспомнил все, что надобно забыть, страница 197 – Макс Ганин

— Если бы это было правдой… — мечтательно ответил Тополев. — Но, к превеликому моему сожалению, это не так.

— Ну, неправда — значит, неправда. Не суть. Давайте вернемся к нашим баранам.

— Вы имеете в виду Понтонова и Абдулаева? —съязвил Григорий.

— Расскажите, пожалуйста, что произошло между вами, Владимиром Понтоновым и Магомедом Абдулаевым.

— Магомед Мусаевич Абдулаев летом прошлого года совершил уголовное преступление, а именно — мошенничество по отношению к моей компании и Конверсбанку. Имея преступный умысел, он уговорил меня и Понтонова выдать ему кредит на три месяца под выгодную сделку по покупке-продаже зерна, а сам кинул нас на всю сумму. В Ставрополе заведено уголовное дело против Абдулаева, и это преступление расследуется там в качестве одного из эпизодов.

— Вы говорите, что Абдулаев кинул вас и Понтонова на всю сумму. Уточните, пожалуйста, на какую именно.

— Меня на пятьдесят миллионов, «Конверс» — на сто.

— А почему Владимир Александрович написал заявление о мошенничестве на вас с Золотаревым, а не на Абдулаева, как вы считаете?

— А вы это у него спросите! — снова подключился к разговору адвокат. — Конверсбанк официально выдал кредит юридическому лицу, возглавляемому Абдулаевым. Мои клиенты никаких поручительств по кредиту не подписывали, гарантий не давали, поэтому мне вообще не ясна юридическая составляющая. На основании чего вы приняли решение о возбуждении уголовного дела?

— Есть составляющая… — заявил следователь. — Владимир Александрович заверил меня, что у него есть ваши расписки и поручительства по этому кредиту.

— Так дайте посмотреть! — оживился Вадик.

— Этого не может быть! — спокойно и твердо заявил Гриша. — Мы с Колей ничего Володе не подписывали. Либо он врет, либо это подделка.

— У вас есть с собой оригинал или копия этих документов? — спросил адвокат.

— Нет, в дело эти бумаги пока еще не подшиты, но я их собственноручно видел в руках начальника СБ Конверсбанка.

— Так, я предлагаю на этом завершить наш томный вечер, — заявил Вадим и встал с дивана. — Будут бумаги — будет разговор. А пока все ваши действия я считаю незаконными, о чем завтра же направлю жалобу в прокуратуру города.

— Это ваше право. Но допросить вашего клиента я обязан, поэтому давайте перейдем к официальной части нашего общения.

— Договорились! — согласился Вадик. — На все ваши вопросы, кроме уточняющих личные данные, у нас будет один ответ — пятьдесят первая статья Конституции Российской Федерации.

— Это что? — переспросил адвоката Григорий.

— Это твое законное право не давать показания против себя и своих близких, — объяснил Вадим.

Ближе к двум часам ночи подавленные неудачей следователь и опера уехали восвояси. Тополев расплатился с адвокатом, поблагодарил его за помощь и отпустил домой. Антон с Виктором присоединились к Грише с Колей, и все вместе еще пару часов обсуждали последние события и разрабатывали план действий на ближайшее время. Было понятно, что это серьезный наезд и просто так Понтонов не отстанет. Разборка с «Конверсом» становилась уже третьим фронтом для «Медаглии», помимо всех противников проекта «Полянка» и недоброжелателей в Шереметьево. Григорий отчетливо понимал, что на три части разорваться он точно не сможет, поэтому хотя бы с одним из направлений противоборства надо кончать — и как можно скорее.