Книга Административный ресурс. Часть 1. Я вспомнил все, что надобно забыть, страница 153 – Макс Ганин

Тополев лично развез причитающиеся бандитам доли: сперва — Никону на Ленинский 101, затем — Тросту в его квартиру на Люсиновской улице. Сережа так боялся этой встречи, что в этот день пригласил в гости своего ингушского побратима Раджа. Тот был неоднократно судим и являлся авторитетным товарищем в кавказских преступных сообществах. Скорее всего, он был вызван в качестве силовой поддержки на случай недобросовестности в расчетах. Но Гриша сдержал свое слово, и все остались довольны. Антону, Вите и Николаю он выдал обещанное вознаграждение в размере их процента от прибыли. Все, конечно же, посетовали, что получилось не так сисясто, как изначально планировалось, но не стали лишний раз наступать Чупрову на больную мозоль и согласились с полученными сотнями тысяч. На следующий же день вся четверка отправилась в автосалон, где каждый прикупил себе по дорогому внедорожнику черного цвета.

Как-то рано утром, буквально через пару недель после получения своей доли Сережа Тростанецкий вышел из своей квартиры на улицу выбросить мусор. Он был одет по-домашнему: в старый тренировочный костюм и поношенные кроссовки. Вдруг, обратив внимание на проходящего мимо него человека с капюшоном на голове, Трост практически сорвался с места, выбежал на дорогу, остановил частника и попросил довезти его до аэропорта Домодедово.К вечеру он уже был в Израиле в тех же обносках, в которых вышел из дома.

В сентябре 2004 года, пока проект «Полянка» был еще в самом разгаре, случилась первая и самая неожиданная неприятность, которая в любой момент могла перерасти в проблему: пропал Магомед. Закупив четверть объема в июле, весь август он тянул время, не приобретая новых партий зерна по контракту, ссылаясь на дороговизну и полученную от губернатора Ставропольского края информацию о скором обвале цен на пшеницу и кукурузу. Алексей Алисов, сотрудник службы безопасности «Медаглия Холдинга», постоянно сопровождал Магомеда Мусаевича и контролировал, как всем казалось, каждый его шаг.

В это теплое осеннее утро Леша, как обычно, подъехал к дому Абдулаева, но тот в назначенное время не вышел.

— Ты жену его спрашивал, куда он делся? — негодовал Виктор, лично отвечающий за безопасность проекта.

— Она сказала, что он куда-то уехал еще поздно вечером, но куда — не знает, — ответил, нервно дыша, Алексей.

— Бегом в ячейку! — кричал на него Налобин. — Через сколько ты будешь в банке?

— Минут через пятнадцать.

— Перезвони мне сразу же, понял?

Через двадцать минут в офис «Медаглии» на Мясницкой прилетела зловещая новость: вместо векселей Сбербанка в ячейке оказалась резаная зеленая бумага. СБ стояла на ушах. Все силы были брошены на поиск сбежавшего зернового трейдера. Налобин-старший воспринял эту новость как вызов именно ему, ведь его хваленые сотрудники не только одобрили кандидатуру Абдулаева как добросовестного заемщика, но и подтвердили полную безопасность всей сделки. Поэтому со стороны генерала были подняты все связи, задействованы все ресурсы и подключены технические средства слежения. И уже к вечеру Магомед был обнаружен по привязке его сотового телефона к базовой станции в Мытищах.

— Мы его нашли! — радостно сообщил Григорию Виктор. — Экипаж наружки опознал его по фотографии.