Книга Административный ресурс. Часть 2. Беспредел, страница 116 – Макс Ганин

— А почему вы пришли без вещей, Григорий Викторович?! — спросил следак и уселся за стол.

— Без каких вещей? — удивился Тополев и присел напротив.

— Как без каких? Без теплых разумеется! Я же вас сегодня закрою в ИВС[56], а на днях суд переведет вас под арест в СИЗО[57]. У нас за решёткой не курорт — без тепляка боюсь замерзните и не доживете до суда.

— А за что вы меня арестовывать собираетесь? — спокойно и даже вызывающе индифферентно спросил Гриша.

— А ты не знаешь?!

— Пока что нет. Думаю вы мне сейчас расскажете.

— Не прикидывайся, Тополев! Мне все известно о твоих похождениях! Тебя опознали свидетели! Против тебя дал показания Александр Дубцов, знаешь такого?

— Саша?! Знаю конечно! Это водитель моей мамы. А что с ним случилось?

— Ты что действительно разум потерял после похищения, как говорят?

— Я потерял не разум, а память! — дерзко ответил Гриша. — Я прекрасно все соображаю, только не понимаю о чем вы говорите. Я думал, что вы меня разыскиваете по поводу рейдерского захвата моих компаний в Шереметьево, поэтому я и пришел к вам рассказать как меня обокрали мои бывшие партнеры и друзья. А вы мне сейчас о каких-то непонятных вещах талдычите. Объясните хоть в чем дело, а то мы с вами как будто на разных языках разговариваем.

— То естьты хочешь сказать, что в ноябре 2006 года в преступных действиях Дубцова участия не принимал?!

— В каких действиях? — переспросил сыграв истинное удивление Гриша.

— Не валяй дурака, Тополев! Дубцов во всем признался. Его уже осудили, дали два с половиной года общего режима благодаря сотрудничеству со следствием и отправили по этапу в лагерь. Советую и тебе во всем сознаться. Получишь столько же, обещаю!

— Да во в чем сознаться то?!

— В похищении автотранспортных средств со стоянки гостиницы «Новотель» и подделке документов с целью хищения собственности холдинга «Медаглия».

— Даже так?! — удивленно отреагировал Григорий. — И когда я это все совершил?

— В ноябре 2006 года! — ответил Бурмистров.

— К сожалению для вас я не мог это сделать!

— Это почему?! Вы уже не проходили лечение в институте имени Сербского, я это проверил!

— Я работал с начала октября шестого года и по позавчерашний день в городе Могилев республики Беларусь! Безвыездно!

— Кем? Можете доказать это? — переменив тон разговора на более мягкий спросил следователь.

— Конечно могу! — спокойно ответил Гриша. — Вы можете связаться с генеральным директором обувной фабрики в Могилеве или с отделом кадров, и они вам подтвердят, что я работал у них финансовым директором. Если нужна официальная справка, то у меня дома есть трудовой договор, финансовые справки о полученной зарплате, а так же соглашение об аренде квартиры. Хотите, я попрошу маму и она вам пришлет сюда по факсу или я подвезу вам позднее.

— Бумажками проложился, Тополев?! — недовольно спросил Бурмистров. — Я тебе очную ставку устрою с Дубцовым и опознание работниками транспортной компании. Они точно на тебя покажут, что ты был в день похищения машин у «Новотеля».

— Устраивайте! Я не боюсь. У меня алиби.

— Ладно, сиди пока здесь. Я скоро вернусь! — сказал следак и взяв бумаги со стола, вышел из кабинета, закрыв за собой дверь.

Он первым делом нашел в записной книжке телефон Виктора Налобина, с которым еще полтора года назад начал взаимовыгодно сотрудничать по этому уголовному делу. Витя не раз заносил ему пухлые конверты с деньгами за заведение дела и за арест Александра Дубцова, а так же за объявление в розыск Тополева, как главного фигуранта. Теперь Бурмистров снова хотел получить очередной обговоренныйранее транш за задержание Гриши и дальнейшее сопровождение его дела до суда. Он вышел на улицу и набрал нужный номер.