Онлайн книга «Развод. Люблю другую»
|
– Не звони сюда больше, мерзавка! Ты поняла? – Кто это? Вы кто такой? – орет Катя. – Неважно. Но маму твою я в обиду не дам. Звони только для того, чтобы попросить прощение. Все! Я качаю головой и стираю льющиеся по лицу слезы. А Максим вздыхает и прижимает меня к груди… Так от него пахнет, мамочки... Чистотой, ароматом туалетной воды с древесными нотками. – Все будет хорошо. Дурацкое слово, не люблю его, но… Варя, все образуется, вот увидите. Глава 17. Глава 17. Варвара. Господи, ну, почему я все время предстаю перед этим мужчиной в неблаговидном свете? Носом хлюпаю, рыдаю, обняв подушку или, как сейчас – «мило беседую» с дочерью… Она так орала, что не только Макс – весь персонал мог услышать… Но услышал он… – Я… Понимаете, я не знаю, как жить дальше? Никто не научил. Для них жила, для нее… Приняла Катюшу, как родную, воспитывала. – И никто не знает, Варь. И это нормально, когда родители не учат детей выживать в кризисных ситуациях. Потому что мы так устроены – верим в чудо. Во все хорошее – добро, любовь и верность… Никто ведь не ждет подставы или предательства, ведь так? – Извините меня… Вы, наверное… – Давай уже на ты? – предлагает Максим. – Давай. Ты, наверное, думаешь, что я неуравновешенная истеричка? – Ничего такого я не думаю. Ладно… Позвони, как закончишь, окей? А мы с Петькой поедем штурмовать детский сад. – Удачи вам, – со вздохом протягиваю я. Деньги, значит, ей нужны? Интересно, что папочка успел наговорить Кате обо мне? Дрянь я, меркантильная охотница за наживой, дура… Юркаю в туалет, чтобы привести себя в порядок, и возвращаюсь в ординаторскую. Напряжение ощущаю кожей. Ксения бросает на меня небрежный взгляд и возвращается к истории болезни. О Вересаеве не спрашивает. Сажусь за стол, запоздало вспоминая о Севериной. – Вспомнила? А она чуть коньки не отбросила, между прочим. – Ты о Севериной? – хмурюсь я, проверяя входящие вызовы на смартфоне. – Я на связи. Почему никто не звонил? – Думаешь, я не знаю, как это – быть рядом с таким мужиком? Тебе не до того было… – Ксения Валерьевна, вы ошибаетесь. Мне всегда есть дело до пациентов. Всегда… Сейчас я пойду в реанимацию и осмотрю больную, а после мы поговорим. С гулко бьющимся сердцем вылетаю из ординаторской. Только не сейчас, господи… Пожалуйста, не добавляй моему сердцу боли и страданий… Я и с этими-то с трудом справляюсь. – Как Северина? Что случилось? Почему мне ничего не сообщили? Я же прошу, чтобы сразу звонили, я… – Да, погодите вы, Варвара Андреевна, – испуганно хлопает глазами медсестричка Олеся. – Мы справились сами. У нее была однократная рвота. И давление подскочило, и… – Дежурный осматривал ее? – Конечно. Все хорошо, ВарвараАндреевна. Даже если… Действительно, ну, чего это я? Совсем расклеилась… Северина улыбается при виде меня. Внимательно выслушивает мой рассказ о ходе операции и возникшем осложнении. Кивает, смахивая выступившие слезы. И… Молчит, вперившись взглядом в стену. Осмысливает все, обдумывает… Чтобы принять такое, нужно время, понимаю… И до ужаса боюсь. Меньше всего мне сейчас нужны судебные тяжбы… – Простите меня… Я делала все, чтобы спасти вас, – произношу, ищу ее взгляда. Она кивает на прощание, всем видом демонстрируя желание побыть одной. Я могла бы многое сказать ей… Поведать о моих многочисленных попытках стать матерью, безуспешном лечении и тающей с годами надежде… У Севериной есть ребенок, ей крупно повезло… |