Книга Ягодка для миллиардера, страница 42 – Полина Ривера

Она словно тряпичная… Переставляет ногами, как марионетка… Не живая, растерзанная никому не нужными откровениями Макса.

— Гер, я, правда, такая никчемная? Почему он так, а? За что? — всхлипывает она, припадая к моей груди. — Настеньке ведь год тогда был… Он был… Максим таким нежным был и внимательным.

Выходит, играл? Вся моя жизнь — труха поганая! Ложь, иллюзия.

Семья, дом… Не нужен мне этот дом, Герман. Слишком больно…

— Он не играл, Сонь. Он все это прямо сейчас придумал. От злости и досады. Увидел, какая ты красивая, Сонька, и обомлел. Это все ложь… Все, что он сейчас сказал, — пытаюсь ее успокоить, хотя знаю, что все правда. Мои парни из службы безопасности пробивали Максика. И Оксана была из комитета, и Таня, и Лариса…

Я давно знал обо всем, но не собирался ранить самолюбие Сони еще больше.

— Думаешь? — шепчет она, стирая с лица слезы.

— Уверен.Ну, что он — герой-любовник? Обычный задрипанный мужик средних лет с кучей проблем и кредитами.

— Нет, не герой-любовник. Гер, мне так тошно.

Понимаю, что есть Настя, но…

Видеть его не хочу, говорить с ним, встречаться.

— Настюха сама должна решить, как ей с отцом общаться. Нам не стоит в это лезть.

— Согласна. Я и не собиралась. Герман, ты со мной не из жалости? Лучше сразу скажи, чтобы я… Я

просто второй раз не смогу… Не вынесу. И не потерплю измен.

Ветер овевает ее разгоряченные, влажные от слез щеки, взвивает ее густые, блестящие пряди.

Обнимаю ее поникшие плечи и прижимаю к груди. Глажу по волосам и шепчу в самое ухо:

— Я люблю тебя.

— Гер, я…

— Не надо. Потом. И необязательно сейчас разбираться с чувствами. У тебя есть дела поважнее. А

я буду рядом.

Софья.

Любит меня. Он меня любит… Красавчик-спасатель, когда-то давно вытащивший мое обессиленное тельце из-под завалов. Студент и умница, надежный друг и порядочный человек…

Мужчина, в которого я втрескалась по самые уши…

Глотаю зеленый чай и мечтательно смотрю в окно, сидя на широком, гостиничном подоконнике.

Герман против, чтобы я работала, а я не унимаюсь — методично прихожу в отель и выполняю привычные обязанности. Не могу по-другому. Не так я воспитана. Может, мои привычки и довели мою семью до краха? Не знаю… Теперь они у меня другие.

— Сонечка, а ты точно. — распахивает глаза Зойка, переводя ошеломленный взгляд на странный бутерброд в моих руках. На корочке черного хлеба густо намазан малиновый джем, поверх которого красуются колечки соленого огурца. — Ни черта же не получалось лет так пять точно. Я

поняла, в чем дело? — добавляет Зоюшка, вытягивая палец вверх.

— И в чем же?

— В правильном мужике. Небось, Гера спуску тебе не дает?

— 0х, не дает. Зойка, что делать-то теперь? Я, кажется, беременная.

— Да уж… Вижу. Герман рад будет. До потолка будет прыгать.

— Я замужем до сих пор. Если Макс будет тянуть с разводом, то…

Жалко всхлипываю я.

— Не будет. Он расстался с курицей своей? Расстался. Долги потихоньку выплачивает?

— Да. Заседание суда у нас только в четверг. Три недели ведь прошло, Зойка. Мы с Герой и повстречаться толком не успели, а я залетела.

— Еще и стариков зря переселили. Герман уже сделал тебе предложение, Сонь?

— Нет. Да и как он сделает? Суды, скандалы… Раздел имущества. Но он каждый день предлагает мне к нему переехать.

В двери стучит, а потом заглядывает Алевтина Дмитриевна — менеджер по подбору персонала.