Онлайн книга «Любимая для спонсора»
|
Боже мой, почему же так неуверенно звучит голос? И к щекам приливает кровь при воспоминании о том, что он со мной вытворял? Я злюсь на себя… Злюсь! Так и хочется отхлестать себя по щекам за реакцию на него. Мне же было с ним хорошо… С этим огромным и грубым… мужиком… И он вкусно целуется. Сладко и нежно. Так, словно я представляю для него ценность. – Я все вижу, – хитро мурлычет Сашка. – Ты красная, как майская роза. Ну, расскажи, Люб. Вы целовались или… – Было, Саш. Нормально. Терпимо, – бурчу я. – А выглядишь так, словно ох как хорошо. – Ну… хорошо. Так не должно же быть? Он ласковый, Санек. Так меня вчера целовал. Олежек вообще целоваться не любил – брезговал. – Сказала бы я, что думаю о твоем Олежеке, но промолчу – не хочу тебя расстраивать. Я уверена, что тебе нужно извиниться. Ты же ничего не знаешь о Михаиле! А уже обидела, клеймо поставила. Ты не права. Не права… Я не видела, как Миша отреагировал – только чувствовала. Он молчал. Только частое дыхание прокатывалось по салону машины. Наверное, сдерживался, чтобы не послать меня? Выкинуть где-нибудь на обочине и забыть, как страшный сон? Не понимаю, зачем он со мной носится? Так хочет меня? Я всегда была уверенной в себе особой. Статус обязывал. И красивой, да… С подтянутым, стройнымтелом, тонкой талией и прямой осанкой. Но то было в прошлом. Сейчас я слепая… Слепая. Он разве не может найти здоровую женщину? Любая другая вцепилась бы в Мишу, как в спасительную соломинку, а я… Уколоть его хочу побольнее. Наказываю за что-то. Наверное, за жалость? – А как извиниться, Сань? Прости, Миша за то, что посчитала тебя тупоголовым мужиком, способным лишь махать кулаками? – Найдешь слова, Любаша. Ты у меня умница и красавица. И Михаил от тебя без ума. Я уверена в этом… Пользуюсь синхронизатором речи и звоню Михаилу. Он приезжает без опозданий. Санька к тому времени убегает к сыну, и я остаюсь одна. Жду его, сидя в уютном мягком кресле. – Давай я помогу тебе одеться, – предлагает он, касаясь моего плеча. Набрасывает на плечи пальто, помогает повязать на шее шарфик, хотя я могу это сделать без посторонней помощи. – Спасибо… тебе. – Выглядишь потрясно, Люб. Брови отпад. – Ну спасибо, – фыркаю я, когда мы выходим на улицу. В машине молчим. Не знаю, как начать разговор… Может, лучше дома? Почему-то, с Мишей я не знаю, как себя вести? Словно у меня и отношений не было в прошлом… А разве они были? Одна ложь и лицемерие. Неискренность и больное упорство с моей стороны… В квартире пахнет куриным бульоном. Это что-то новенькое… Стаскиваю ботинки и выставляю вперед руки, касаясь стен. Иду в кухню – на вкусный аромат. – Миша, сюда кто-то приходил? – спрашиваю, застыв посередине кухни. – Нет, Люб. Я сварил курицу. Кстати, я умею готовить. И суп могу, и борщ. И даже котлеты. Приходилось в… Неважно, – замолкает, не желая делиться. – Миш, я хотела поговорить. Не вижу его, но чувствую исходящее о него тепло. Он стоит совсем рядом, в нескольких шагах от меня. – Слушаю. У меня мурашки по телу бегут от его хрипловатого шепота… Да что ж такое… И щеки вспыхивают, как у неумышленной девчонки. Наверное, все дело в слепоте? Я не вижу его недостатков. Рисую в голове его образ, разительно отличающийся от реальности. Может, у него прыщи или шрамы? Нет, черт… Нет у Филинова никаких шрамов. И кожа у него гладкая на ощупь. Я помню, как он выглядит, хоть и не старалась запомнить его лицо. Высоченный, широкоплечий, суровый. |