Книга Вторая жизнь Мириэль Уэст, страница 66 – Аманда Скенандор

– Означает ли это, что мой следующий кожный тест может быть положительным?

Док Джек встал и посмотрел на нее с тем сочувствующим выражением, которое она видела у него, когда он собирался сообщить пациентам плохие новости.

– Боюсь, что так.

Все тело Мириэль похолодело. Совсем недавно она получила первый отрицательный тест. Потребовалось серьезное усилие, чтобы кивать, пока Док Джек продолжал говорить. Жанна знала об опасности йодида! Мириэль поставила бы на это свой последний доллар. Как глупо она поступила, доверившись этой девчонке! Разум Мириэль все еще был затуманен, и усталость опять подкрадывалась к ней. Как только Док Джек ушел, она погрузилась в сон, и ей вновь приснились монстры.

В течение следующей недели Мириэль оставалась в лазарете, борясь с болью в суставах, прорывающимися фурункулами, периодической лихорадкой и, прежде всего, со скукой. Было странно лежать в постели, пока сестры и санитары суетились вокруг нее. Она поймала себя на том, что всякий раз колеблется, прежде чем потянуться к колокольчику, не решаясь попросить еще воды или свежих простыней. Был ли это страх услышать упрек за еще один вызов? Смущение из-за того, что у нее нет сил самой выполнять простые действия? Мириэль не могла понять, в чем дело. Но она сидела с потрескавшимися губами на пропитанных потом простынях до тех пор, пока были силы это выносить. Чаще всего сестры и санитары были добры и быстро откликались, и Мириэль сожалела о том, что много раз, подходя к постели пациентов, вела себя резко.

Теперь она в полной мере осознала, как медленно текут минуты, когда четыре белые стены и не слишком хорошо набитый матрас составляют весь твой мир. Случайное пение птиц через открытое окно, стук дождя по крыше, шаги и болтовня с дорожки – все это было как приятным развлечением, так и болезненным напоминанием о ее заключении. Только ежедневные визиты Айрин спасали от того, чтобы сойти с ума. Женщина болтала о разной ерунде – о сорняках в ее саду, о последнем каталоге Монтгомери Уорда, даже о вчерашнем ужине – однако на этот раз Мириэль была счастлива ее слушать.

Заглянул и Фрэнк, хотя, строго говоря, мужчинам не разрешалось входить в женский лазарет. Однажды днем, когда сестру Верену вызвали, а сестра Лоретта дремала в углу, он проскользнул внутрь, чтобы доставить письмо другой пациентке. Выходя, он пододвинул табурет и задержался у кровати Мириэль.

Фрэнк рассказал, что Hot Rocksсогласились выступить на праздновании Четвертого июля, и доктор Росс разрешил танцы. Мириэль никогда не изображала из себя скромницу, но, пока он говорил, она натянула одеяло до подбородка, не желая демонстрировать ему уродливое красное пятно на своей шее. Ее волосы, скорее всего, тоже выглядели пугающе. Она попыталась незаметно (чтобы он ни в коем случае не подумал, что она прихорашивается для него!) пригладить непослушные пряди.

– Ну-у? – протянул он.

– Что – ну?

– Ты хоть раз об этом подумала?

Мириэль непонимающе потрясла головой. Несмотря на то, что он говорил отрывисто, в его голосебыло приятное, почти убаюкивающее звучание.

– Подумала – о чем?

– Про «Охоту за сокровищами», для детей.

– О… – Она скрестила руки на груди и отвела взгляд. Жанна была не единственным ребенком в Карвилле, но Мириэль была не в настроении планировать что-то, что могло бы понравиться девчонке.