Книга Вторая жизнь Мириэль Уэст, страница 57 – Аманда Скенандор

По спине Мириэль пробежали мурашки.

– Значит, ты можешь говорить?

– Уезжают только их любимчики. Потому что им достаются все хорошие лекарства.

Мириэль отпрянула от Жанны и покачала головой.

– Все это время ты была тише воды, хотя прекрасно говоришь?!

Та пожала плечами.

– Я говорю только тогда, когда хочу.

– И кто же выбирает фаворитов? Я вижу, что здесь все получают одни и те же вонючие таблетки чаульмугры.

– Сестра Верена и остальные. Лучше всего помогает йодид. Но только немногие пациенты получают его. Сестрам ты не нравишься, так что тебеникогда его не дадут. – Она протянула руку, чтобы снова коснуться волос Мириэль, но та схватила ее ладонь.

Она легонько сжала пальцы Жанны, а затем отпустила.

– Это неправда. Сестры хотят, чтобы нам всем стало лучше.

– Поначалу все так думают. К тому времени, как ты все поймешь, будет уже слишком поздно. – Она уставилась на Мириэль, ее мутно-голубые глаза были странно спокойны. Затем она резко пожала плечами, сказала более детским голосом: – Спокойной ночи, – и выскочила из комнаты.

Мириэль смотрела ей вслед, потирая гусиную кожу на руках.

Жанна, должно быть, ошибалась насчет йодида. За время, проведенное в перевязочной клинике, лазарете и аптеке, Мириэль, помимо ужасных таблеток чаульмугры, столкнулась с десятками методов лечения. Мази из ртути и трихлоруксусной кислоты, растворы мышьяка, инъекции карболовой кислоты для особо крупных и стойких узелков. Но она ни разу не видела, чтобы кто-то получал йодид.

Возможно, именно шок, вызванный тем, что Жанна заговорила, заставил эту мысль вертеться в голове Мириэль. Она никогда не задавалась вопросом, какое лекарство получает тот или иной пациент. Всегда казалось, что это напрямую зависит от степени развития заболевания. Сестры действительно проявляли особую нежность к пациентам-католикам, особенно к тем, кто посещал бесчисленные мессы, молился с четками и занимался прочей церемониальной чепухой, находясь в маленькой часовне в течение всего дня. А еще – ясно, как белый день, что сестра Верена ее невзлюбила. Была ли Мириэль наивна, полагая, что все пациенты получают одинаковую помощь?

Несколько дней спустя, перед своей сменой в лазарете, она пробралась в аптеку чтобы прояснить для себя этот вопрос. Дверь оказалась не заперта, но комнате никого не было. Вдоль дальней стены выстроились полки с пузырьками с лекарствами. Большинство из них – таблетки и растворы, о которых она знала: аспирин, морфин, касторовое масло, кодеиновый эликсир, хинин, корень солодки. У других были странные научные названия: созоиодолат натрия или пирогаллиевая кислота. Еще одна полка, заполненная антисептиками: борной кислотой, лизолом и гамамелисом.

Она просмотрела большую часть этикеток, когда ее внимание привлекла маленькая бутылочка: Йодид калия. Мириэль подтащила скамеечку и уже собиралась взобраться на нее, когда позади нее раздался топот ног и шорох накрахмаленных юбок.

– Миссис Марвин? Что вы здесь делаете? – удивилась сестра Беатрис, когда Мириэль развернулась. – По графику вы должны помогать в аптеке в пятницу.

Мириэль сверкнула невинной улыбкой, несмотря на то что струйка пота намочила ее лифчик.

– Сегодня не пятница?! Должно быть, я перепутала свои дни.

В углу зашипела горелка Бунзена[37], и сестра Беатрис поспешила проверить пламя.