Книга Вторая жизнь Мириэль Уэст, страница 41 – Аманда Скенандор

– Все не так просто. И это не произойдет в одночасье. А пока то, что ты делаешь, достаточно важно.

Мириэль отпустила руку Айрин, взяла свою пипетку и погрузила ее в банку с маслом.

– Что за важность в наполнении капсул, смене постельного белья или отметке имен в журнале учета?

– Во-первых, если ты хоть в чем-то похожа на меня, а это так, ты сойдешь с ума, если не будешь чем-то занята.

Мириэль отсчитала десять капель и перешла к следующей капсуле. Айрин ошибалась. Они нисколько не похожи друг на друга. И дело не в том, что у Айрин отсутствует чувство стиля и не в ее жизнерадостном характере. Мириэль ничегоне знала о том, что такое быть занятой, если не считать маджонг днем и танцевальную вечеринку вечером. И она, конечно, не понимала желания быть занятой. Последние четыре дня были самыми напряженными в ее жизни, и все, что она хотела сделать сегодня по окончании работы – это забраться в свою постель и проспать неделю. Занятость приводила к морщинам, преждевременной седине и нервному смеху.

– Может быть, я не создана для… работы.

Айрин резко обернулась.

– Ты хочешь сказать, что никогда не работала? Ни одного дня за всю свою жизнь?

– Во время войны я устраивала благотворительный обед для Красного Креста.

– Детка, это не считается работой. Я доила коров и собирала яйца из-под кур еще до того, как научилась ходить. После моего первого замужества я пять лет подряд подавала еду в закусочной в Далласе. Это определенно лучше, чем убирать сарай. Тем не менее, тамошние клиенты порой распускали руки.

– Ты была официанткой в закусочной?!

Айрин пожала плечами.

– Что из того? Девчонки хотят есть так же, как и парни. И мне нужно было заботиться о сыне. Ты хочешь сказать, что не надела бы униформу и не подавала бы мужикам завтрак, если бы только так смогла бы прокормить своих девочек?

– Конечно, я бы это сделала, – ответила Мириэль и дернула свой ужасно растянутый и колючий воротник. – Я ведь теперь ношу форму, так? Просто… я все еще не понимаю, как это помогает.

– Форма?

– Нет, все это. – Она махнула пипеткой, как указкой, в сторону нагроможденного перед ними какао-порошка, масла и желатина.

– Послушай, каждый должен найти свой собственный смысл в том, что он делает. Для одних людей это работа. Для других – это служение Богу. А некоторые просто пытаются выжить.

Мириэль уставилась на мраморную столешницу. Она напомнила ей о туалетном столике дома. Завитки черного и серого сквозь сверкающий белый камень. Как она здесь оказалась? Чего бы она только не отдала за то, чтобы погрузить пальцы в пудру для лица, а не в какао, ощутить аромат любимых духов eau de la violetteвместо тухлого масла чаульмугры.

Айрин легонько подтолкнула ее локтем.

– Я не говорю, что однажды ты не поможешь найти лекарство, которое освободит всех нас и вернет тебя домой. Но между этим моментом и тем, когда ты покажешь себя, пройдет чертовски много дней, детка, и не все они будут приятными. Лучше всего, если утебя есть какая-то причина вставать утром, иначе в один из этих дней ты просто перестанешь о чем-либо беспокоиться. Они не зря называют это болезнью живых мертвецов.

Мириэль медленно кивнула, затем выпрямилась и снова окунула пипетку в масло.

– Я хочу доказать, что сестра Верена ошибается. И мой муж тоже. Они оба думают, что я ни на что не способна.